Персональный сайт

Хирургия в искусстве

yournif — Sat, 28 Jun 2014 03:58:43 GMT

Хирургия в искусстве

В реставрационных мастерских Третьяковской галереи картины реанимируют, как людей: медицинскими скальпелями, шприцами, рентгеновским оборудованием. И руководствуются правилом «не навреди».

Ассоциации с медициной возникли сразу. Белые халаты, сосредоточенные лица, большие столы посредине комнаты. Совсем не так я представляла себе реставрационные мастерские Третьяковской галереи, где нам предстояло провести один рабочий день. Всего в музее семь таких структурных подразделений, и первым делом нас отвели в отдел научной реставрации графики XVIII – начала XX века.

Над столами висели огромные вытяжки, но краской, лаками и растворителями все равно пахло.

На одном из столов лежали наброски Валентина Серова, на другом – рисунок Константина Коровина. По коже пробежал холодок, я никогда не видела работы великих художников лежащими вот так запросто, без рамок, на столе. «Театральный эскиз Константина Коровина называется «У стен старого города», – говорит реставратор Ирина Быкова. – Обратите внимание, здесь смешанная техника: темпера, гуашь. Вот тут, видите, краска приподнялась и начала осыпаться. Осыпь и края я приклеиваю специальным составом на спиртовой основе». Каждый мельчайший кусочек краски Ирина приподнимает миниатюрным шпателем и клеит его при помощи тончайшей кисточки. Затем кладет сверху кусочек специальной бумаги, которая ни к чему не приклеивается, а сверху – груз: мешочек, наполненный охотничьей дробью. Работа долгая и кропотливая.

Отдел возглавляет Алина Тейс – старейшая сотрудница Третьяковки, работающая здесь с 1963 года. Хотя этой крепкой красивой женщине сложно дать больше 55 лет. Ее мать, Елизавета Костикова, стояла у истоков российской реставрации, заведовала мастерской реставрации графики в Реставрационном центре им. академика И.Э. Грабаря, а сейчас готовится отметить свой столетний юбилей. А Алина Тейс, выпускница Суриковского института, была ученицей и последовательницей Елены Дивовой, первого реставратора графики в Третьяковке. Во время Великой Отечественной войны фонды музея перевезли в Новосибирск, и Елена Дивова следила за тем, как в одном из театров в ящиках хранятся произведения искусства. После 1945 года она более десяти лет монтировала картины для экспозиций, занималась реставрацией графики. «Однажды Елена Николаевна, как обычно, занималась монтажом, – рассказывает Алина Тейс. – А монтажники, работающие рядом, то молоток у нее возьмут, то другой инструмент. Ей это надоело, и она попросила мужа просверлить во всех инструментах дырочки, чтобы подвесить «ожерелье» себе на шею на веревке. Жила она на Молчановской и летом ходила домой через мост. Однажды идет она домой, на нее все люди оборачиваются, улыбаются. «Наверное, я сегодня такая интересная!» – подумала Елена Николаевна и только после заметила, как по ногам стучат инструменты».

Что касается нынешней «текучки», то отдел Алины Тейс готовился к выставке Константина Коровина, затем в планах – летняя выставка «Лубок» Марка Шагала и попутно – приведение в порядок графики из фонда: коллекций Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова. Но в действительности в этот отдел Третьяковской галереи попадает «на лечение» не только графика в привычном смысле слова, а все, что выполнено на бумаге, пергаменте, картоне, даже иногда на холсте и не относится к древнерусской или живописи ХХ века.

Реставратор Инна Соловова показала мне несколько миниатюр на слоновой кости XVIII века – крошечные портреты, которые носились в медальонах вместо фотографий. Под полупрозрачную костяную пластину с портретом подкладывали фольгу – для придания тона лицу. Барышням, для румянца, – золотую фольгу, а мужчинам, для аристократической бледности, – серебряную. Инна устраняет в пластинах трещинки, работа очень тонкая – просто удивительно, как она может нравиться такому активному, бойкому, веселому человеку. Оказалось, тихих и медлительных людей в реставрационных мастерских не так уж и много.

Все реставраторы отдела имеют высшее специальное образование и высшую квалификацию по реставрации графики. Инна Соловова попала сюда двадцать лет назад, причем не по своей воле: так уж случилось, что в отделе реставрации станковой живописи не было свободной ставки. Но новая специализация так ей понравилась, что, когда через два месяца место в отделе живописи нашлось, Инна от него отказалась. «А что делать вот с этой редчайшей костяной миниатюрой – еще не знаю, – говорит Инна, показывая прижизненное изображение Екатерины II на коне, с внуком и арапом. – Нужно отклеить от костяной пластины бумагу. Спиртом не получится, а водой нельзя: согнется и растрескается кость». Но можете не сомневаться: решение проблемы точно будет найдено. Причем совместными усилиями.

Вообще-то реставратор Третьяковской галереи не вправе ничего делать по своему усмотрению с доверенной вещью без разрешения Совета – коллегиального органа Третьяковки. И здесь никому не нужно объяснять, что реставратор прежде всего сохраняет памятник. Он ничего не добавляет от себя: не дорисовывает утраченное без веских доказательств, что автор задумывал именно так, не исправляет, не долепливает, не использует синтетику. И применяет только «обратимые» материалы, например акварель, которые можно в любой момент убрать с произведения. Более того, специалист обязан вести так называемый паспорт произведения искусства. В документе, иногда занимающем несколько томов, хранится информация об истории сохранности, результатах научных анализов и исследований с детальным описанием, что какой реставратор сделал, когда и каким образом.

Чаще всего отдел графики занимается восстановлением цвета пожелтевшей от времени бумаги. То есть «лечит» основу произведения и красочный слой. Желто-зеленое небо вновь становится голубым, и некоторые тонкие линии «проявляются». Удивительно, но желтизна с бумаги выводится водой. Вымачивают рисунки очень просто. Их кладут оборотной стороной на несколько слоев мокрой фильтровальной бумаги, вода «вбирает» желтизну, и бумага светлеет (правда, метод не работает на хрупкой пастели или медовой акварели). Затем рисунок сушат и выравнивают в специальном шерстяном сукне под прессом с давлением в 5 бар.

Чтобы склеить порванные листы при помощи клея из крахмала, реставраторы щепетильно подбирают по цвету и структуре нужную «заплатку». В шкафу бережно хранится старинная бумага. У старой бумаги бывают болезни. Самая обычная называется «фоксинги» – такие ржаво-рыжие пятнышки, которые все видели в старинных книгах. «Лисьи пятна» также удаляют водой. Для демонстрации фоксингов реставратор Анна Исайкина принесла рисунки Ильи Репина, Ивана Крамского и Антона Лосенко. Я уже начала привыкать к тому, что в реставрационные мастерские Третьяковки попадают только ценные экспонаты. К слову, некоторые из них никогда не оказываются на выставках. Что поделаешь, если у публики графика по популярности всегда уступает картинам маслом?

Добраться до жемчужины

В отделе научной реставрации древнерусской живописи царил удивительный покой. Над огромными иконами склонились реставраторы, лица которых были озарены мягким светом ламп. На восстановление одной иконы может потребоваться до десяти лет работы. Со временем они ветшают и нуждаются в укреплении (консервации). Кроме того, необходимо разобраться в количестве поновлений, скрывающих первоначальную живопись. «Поновители» икон в прежние века «записывали» иконы, иногда меняя их облик в угоду вкусу своего времени. Не всегда отношение к живописи было бережным: могли помыть потемневшую поверхность золой или даже «почистить» пемзой. При этом не только удалялись грязь и темная олифа, но и сильно терялось изображение. В задачи современного реставратора входит «открыть» авторскую живопись, вернуть первоначальный облик произведения. В этом помогают научные исследования, экспертизы и интуиция. Все реставраторы отдела икон Третьяковки – люди верующие.

Реставратор с тридцатилетним стажем Антонина Собаршова уже три года работает над редкой иконой Азовской Богоматери петровского времени. В мире известны только три иконы этой иконографии: две другие – в Государственном музее истории религии в Санкт-Петербурге и московском храме Ризоположения на Донской. Икона Третьяковки – самая древняя из них, написана в 1696 году в честь взятия Азова. «При помощи микроскопа, который дает увеличение изображения до 40 раз, мне удалось отделить верхний слой записи от оригинала, – рассказывает Антонина Ивановна. – В лике Богоматери появилась красивая легкая улыбка, мягкий нежный взгляд, открылся очень красивый чепец – тонкой вязью с серебром». Раскрылись и новые детали: «змеи дракийские» – олицетворение победы в кампании, Хронос с песочными часами на голове, высекающий на камне очертания крепости с образом святого Георгия Победоносца. Чтобы понять, что может быть скрыто под слоями краски, Антонина Собаршова ездила в командировки изучать аналоги, перечитала гору литературы, заказала необходимые лабораторные анализы, совещалась с коллегами и взялась за инструмент. Профессия реставратора даже инструментами напоминает хирургию: он использует настоящие медицинские инструменты – глазные и брюшные скальпели, шприцы (для «подведения» клея в труднодоступные участки), зубные зонды и ватные тампоны. А о принципе «не навреди» мне без устали говорили весь день во всех отделах.

Для анализа произведения применяется сразу несколько методов. Ультрафиолетовое излучение позволяет определить различные наслоения лака и увидеть участки поновлений. Инфракрасный свет просвечивает контур «скрытых» рисунков, верхний слой становится «прозрачным». Спектральный анализ помогает определить химический состав красок и лака. «Мы пока пользуемся довольно ограниченным набором приборов спектрального анализа, – говорит реставратор Дмитрий Суховерков, – хотя в мире уже существуют мультиспектрометры. С одного маленького участка картины они считывают сразу всю информацию, и не нужно производить пробных вскрытий участков. Наша профессия заставляет постоянно читать специальную литературу, владеть основами физики, химии, знать основы экспертизы и других наук. Тем профессия и интересна».

– А что налито в этой баночке? – полюбопытствовала я.

– Рыбий клей, – неожиданно ответил Михаил Шитов. «Рыбий клей» реставраторы Третьяковской галереи изготавливают сами – из плавательных пузырей осетровых рыб. Высушенные специальным образом на рыбзаводах заготовки измельчают, варят на паровой бане, затем «желе» режут на куски, снова сушат – и получают гранулы, похожие на янтарь. По мере надобности гранулы растворяют в воде и укрепляют полученным клеем отстающие участки древней живописи. «Наша приборная база далека от совершенства, – говорит главный хранитель Третьяковской галереи Татьяна Городкова. – Сейчас мы думаем, по какому пути будем двигаться. Нам нужны аппараты, которые бы позволили проводить реставрацию более осмысленно, а также решать вопросы атрибуции произведений, создавать паспорта сохранности».

Иногда бывает, что в процессе работы над иконой происходят неожиданные открытия. Так, образ «Утоли мои болезни» XIX века скрывал более древнюю, написанную в XVI веке «Богоматерь-млекопитательницу». Это довольно редкий для русского иконописания сюжет, где Богоматерь кормит грудью Младенца. Под поздним изображением Тихвинской Божией Матери оказались три избранных святых в полный рост, написанных в XVI веке: святых Екатерины, Марии Египетской и, по-видимому, святого Иакова, брата Господня. «А как вы определяете, какой слой оставить: самый старый или художественно более ценный?» – не удержалась я. «В спорных ситуациях применяется расслоение, – объясняет Михаил Шитов. – Например, я работал над иконой «Пророк Иезекииль», где на изображении XVI века было решено сохранить участок с масляным свитком».

Дмитрий Суховерков удалял поздний лак с иконы XVI века. Сверху тонкой кистью наносил растворитель, затем, когда лак размягчался, осторожно подцеплял хлопья частиц покрытия, открывая миру новый шедевр. «Обратите внимание на вот эти узкие поля, – говорит он. – Икона первоначально была другого размера. Она находилась в Благовещенском соборе Сольвычегодска, в вотчине «именитых людей» Строгановых. В XIX веке икону выкупили старообрядцы и подновили в своем вкусе: позолотили фон, нимбы, приписали рамку. Видите изображение жемчужины? Это XIX век, но я уже знаю, что под ним скрывается более древняя жемчужина, XVI века, до нее еще предстоит добраться».

Реставраторы привели в порядок все иконы действующего храма-музея Святителя Николая в Толмачах при Третьяковской галерее. «Иконы находятся в собственности нашего музея, но постоянно живут в храме в специальных витринах, где создан нужный микроклимат, – пояснил Михаил Шитов. – Среди них – чудотворные иконы Богоматери Владимирской, Иверской, Дмитровский крест. За ними мы ведем постоянное наблюдение».

За последние лет 25 десять человек этого отдела отреставрировали более 400 памятников древнерусского искусства! Состав отдела за это время почти не изменился. И это притом, что зарплаты реставраторов Третьяковки могут составлять 10–15 тысяч рублей в месяц. «В 90-е годы от нас в другую мастерскую ушел один человек, – вспоминает Антонина Собаршова. – Тогда нам даже, извините, зарплату продуктами платили, американской гуманитарной помощью: сухое молоко, крупы, сахар. Но я считаю, что большинство из нас здесь держит не зарплата».

Ирина Аверина в Третьяковской галерее работает восемнадцать лет, до того она еще долгое время реставрировала иконы в храмах, куда приходилось выезжать в командировки. Она вспоминает, как выглядели заброшенные храмы в 80-е годы: «Там царили такие запустение и грязь, что лужи вдоль стен не высыхали». Во всех реставрационных отделах трудятся только те, для кого эта кропотливая и вредная для здоровья профессия – призвание. Все имеют как минимум одно художественное образование, большинство – выпускники Московского государственного академического художественного училища памяти 1905 года и РГГУ.

Поставить памятник

Отдел научной реставрации скульптуры и предметов декоративно-прикладного искусства XVIII–XX веков, пожалуй, самый разносторонний. Здесь восстанавливают скульптуру из камня, дерева и металла, фарфоровые произведения и древнерусское шитье.

Первый человек, которого мы там встретили, был реставратор скульптуры Юрий Любченко, и я спросила его, с какими скульптурами ему больше всего нравится работать. «С Врубелем», – коротко ответил он. Прикасаясь к произведениям великих, всегда остается приятное ощущение встречи с тайной. На счету Юрия – несколько небольших открытий в искусствоведении. Например, он первым увидел в одной из врубелевских скульптурных композиций из гипса автопортрет художника и его будущей жены.

В мастерской Любченко на столе лежал огромный рельеф «Гектор и Аполлон». Как и многие другие экспонаты, он попал в Третьяковку из Академии художеств. Гипс растрескался, раскрошился, загрязнился – в общем, несложная задача для реставратора высшей категории. Но и «на ровном месте» бывают неожиданности. «Вот здесь была утрачена рука, – поясняет Юрий Любченко. – Она была подклеена. Но если изучить закономерности этой академической вещи, то станет понятно, что рука не авторская. Понимаете, не мог скульптор сделать такую ошибку перспективы. Я думаю, это грубая работа предыдущего реставратора».

Мы разговорились, и Юрий отметил, что реставраторы сталкиваются и с пикантными историями. В доказательство он вынул из шкафа… деликатную часть мужского тела. Юрий объяснился: «Однажды я занимался композицией «Сатир и вакханка» Михаила Козловского. Реставрационный совет согласился с тем, чтобы снять деликатный листочек с Сатира. Под ним действительно оказалось все, что присуще Сатиру, – в соответствии с подлинным замыслом автора. Но с некоторой недостаточностью момента. Я, разумеется, не имел права вылепить недостающее и провел научную работу. Снял слепок с подобного фрагмента работы Козловского – и теперь полноценный Сатир в фондах дожидается встречи с посетителями музея, а один из пробных слепков лежит у меня в шкафу среди других участков гипсовых композиций».

В это время за перегородкой корпела над убором с иконы «Господь Вседержитель» Светлана Королькова. Очищала ткани из льна, шелка и металлическое кружево, укрепляла лак, возвращала на место бусины из перламутра, стекляруса, речного жемчуга. За три года напряженного труда она выполнила лишь половину сложнейшей реставрации. Казалось бы, взял иголку и пришил. Но не все так просто. Сначала нужно по миллиметру очистить тампонами каждый участок экспоната, выкрасить в нужный тон тончайшие нити шелка-сырца. Затем – тонкой иглой укрепить швом «реставрационной сеткой» убор.

Светлана окончила Торжокское художественное училище золотного шитья и вот уже 23 года занимается реставрацией ткани – одним из самых трудоемких видов реставрации. Отложив из-за нас работу, она достала уникальный экспонат XVI века, двустороннюю вышивку с изображением святых. Мало того что такого рода экспонаты можно пересчитать по пальцам, они еще представляют огромный интерес с точки зрения истории реставрации. «Это уникальная реставрация 20–30-х годов, – сказала Светлана, – но так, как это сделали в 20–30-е годы, сейчас не сделает никто. Посмотрите, они смогли незаметно и деликатно подложить шелковый муслин между вышивками, укрепив все нитки, это невообразимо сложно».

У каждого сотрудника отдела скульптуры есть свое рабочее место в просторном помещении. Мне оно показалось по-домашнему уютным, за небольшой загородкой даже находился кухонный гарнитур с раковиной и шкафами. Оказалось, это лаборатория с оборудованием, шлифовальным станком, а в склянках – не соусы, а химические составы, в том числе ядовитые. На одном из шкафов кабинета висел плакат для проверки зрения, на другом стояли старинные весы, на которых раньше взвешивали химические вещества. В одном углу – две огромные фарфоровые вазы Императорского фарфорового завода, в другом – старинная люстра, подаренная Третьяковке пожилой жительницей московского Арбата.

В центре мастерской стоял у деревянных ворот художник-реставратор Павел Ерофеев. «Эти врата середины XVIII века к нам попали из музея МГУ в 30-е годы. – Павел явно с неохотой оторвался от дела. – В этом произведении применено очень редкое художественное решение: использование зеленого цветного лака по серебру». Павел работает на полставки, поскольку деревянных вещей в Третьяковке немного. По его словам, недавно галерея купила деревянную Параскеву Пятницу и ангела в полный рост.

У всех реставраторов есть творческие хобби. Почти половина пишет картины, другие занимаются коллекционированием, в том числе предметов искусства. Реставратор Ольга Буслаева в свободное от работы время любит собирать пазлы и бусы. Пазлы тем удивительны, что работа Ольги напоминает сборку гипсовых пазлов, где нужно соединить одновременно множество граней. «Что вы! Меня это занятие нисколько не раздражает, – улыбнулась Ольга Буслаева. – Если в день удается соединить 10 частей – огромная победа. Обычно – два. Сейчас я собираю скульптуру работы Николая Дыдыкина, которая разбилась на сотни фрагментов. Это скульптурный портрет художника Павла Корина, написавшего «Русь святую» и «Александра Невского». В Музее Корина на Пироговке в Москве прогнили полы, и скульптура рухнула. На моей памяти такое случилось впервые, хотя я уже работаю тридцать лет. Наконец музей закрыли на реконструкцию».

Подлинный Коровин

Когда мы добрались до отдела научной реставрации масляной станковой живописи XVII – начала XX века, рабочий день уже закончился. Было обидно: ведь это самый большой реставрационный отдел в Лаврушинском переулке. И притом самый молодой, средний возраст сотрудников здесь – 35 лет. Среди полотен Константина Коровина работал в одиночестве, ожидая журналистов, реставратор Иван Салахов – сын художника Таира Салахова, брат известной галеристки и художницы Айдан Салаховой. Иван работает в Третьяковской галерее пятнадцать лет, учится в аспирантуре Московского государственного университета дизайна и технологии. Я застыла перед полотном «Ловля рыбы в Мурманском море», над которым одновременно работали все 9 человек отдела – чтобы успеть к началу выставки. Сильно пахло краской. «Здесь мы удалили старый лак и грязь, устранили прорывы холста, сдублировали авторский холст на новый реставрационный холст, подвели грунт в утраты, затонировали его акварелью, покрыли лаком и затем уточнили масляной краской», – начал рассказывать Иван. Передо мной замелькали картины Коровина: «Портрет княгини Софьи Николаевны Голицыной», «Покупка кинжала», где сильно пожелтевшая толстая лаковая пленка мешала колориту картины. «Это сложная реставрация, «Портрет Анджело Мазини», где много утрат и дорисовок, – показал Иван Салахов свою работу. – Видите, фотография картины в ультрафиолетовых лучах, сколько черных пятен – это все поздние не авторские записи».

В центре помещения стоял огромный вакуумный стол – один из первых появившихся в России в 1995 году. Он позволяет качественно и быстро приклеивать красочный слой, устранять деформации холста и проводить другие работы. «Сейчас нашим вакуумным столом уже не удивишь профессиональных реставраторов, – объясняет Иван.– Мы много ездим с выставками за рубеж и стараемся перенять там технологии по части новых материалов. В России их почти нет – наша школа очень консервативна. У нас есть кое какие образцы из США, но пока мы еще только решаем, соответствуют ли они нашим требованиям».

Штучный товар

Всего в Третьяковской галерее работают 50 реставраторов разных категорий. Часть мастерских расположена в Лаврушинском переулке, часть – на Крымском Валу в Москве, где размещается вся музейная коллекция XX и XXI веков. Каждый год эти отделы в среднем реставрируют от 700 до 1000 различных произведений. «Я с гордостью могу сказать, что мы вырастили новое поколение блестящих реставраторов, – говорит главный хранитель Государственной Третьяковской галереи Татьяна Городкова. – Другое дело, что у нас в стране еще не решена юридическая проблема аттестации реставраторов». Раньше существовала Всероссийская аттестационная комиссия, но вот уже восемь лет, как ее нет, а значит, и категории реставраторам не присуждаются. Это создает сложности при приеме на работу – непонятно, какой сложности работы можно человеку доверить, – и сказывается на зарплатах.

– Для музея все профессии важны, но реставраторы – элита музея, «штучный товар», – подвела итог Татьяна Городкова. – Каждый из них – личность, а профессионализм где-то граничит с искусством. Конечно, здесь много и ремесла: понимание процессов старения, особенностей материалов… Но тонкость цветового восприятия – это уже талант. Глаз реставратора очень хорошо отличает цветовые соотношения, такой человек наделен художественными талантами, эмоциональными, у него руки с точными движениями, чуткое сердце и замечательные мозги.

Автор: Оксана ПРИЛЕПИНА

Славянские государства

yournif — Thu, 15 May 2014 13:06:45 GMT

Первые государственные образования славян

Киевская Русь

Славянские племена мигрировали в бассейн Днепра в V веке н.э., здесь они разделились на две ветви: южную, племена которой ушли на Балканский полуостров, и восточную. На рубеже VIII – IX веков у восточных славян идет процесс формирования древнерусской народности. В результате объединения их племен на территории от Таманского полуострова на юге, Днестра и верховьев Вислы на западе до верховьев северной Двины на севере возникла Киевская Русь. О её истории мы узнаем из древнерусских летописей, в частности из "Повести временных лет", в которой летописец подробно рассказывает о славянских племенах, местах их обитания, первых правителях, дает свою интерпретацию происхождения термина Русь. По мнению, Нестора, само слово "русь" имеет скандинавские корни и тесно связано с приходом в Древнерусское государство варяжских князей и их племени. Концепция средневекового летописца в XVIII веке была поддержана Г.-Ф. Миллером, В.Н. Татищевым и отвергнута М.В. Ломоносовым, который связывает термин "Русь" с названием реки Рось, являвшейся южной границей первоначального расселения славянских племен, и с этнонимом роксоланы. О.Н. Трубачев полагает, что в основе этих онимов лежит индоевропейский корень, значение которого определяется как «светлый». Северное Причерноморье традиционно называли «белой, светлой стороной». Обе концепции имели и до сих пор имеют своих сторонников и противников. Первую из них отстаивают М.П. Погодин, Ю. Венелин, С.М. Соловьев, А.В. Муравьев, Д.А. Мачинский и др.; вторую разделяют и развивают Д.И. Иловийский, А.Н. Носов, О.Н. Трубачев.

Карта 8. Киевская Русь в IX веке.

Киевская Русь являлась одним из крупнейших государств в Европе. История его проходит несколько этапов. До 882 года происходит объединение под единой властью племён полян, северян, древлян, дреговичей, полочан и словен. Завершается этот этап слиянием Киева и Новгорода. Это событие летопись связала с именем Олега и его походом из Новгорода в Киев. После захвата Олегом власти в Киеве начинается новый этап развития Древнерусского государства – расцвет раннефеодальной монархии. В 981 году к Киевской Руси были присоединены восточнославянские земли до реки Сан; в 992 году в её состав вошли земли хорватов, лежавшие по обоим склонам Карпатских гор; в 989 году русские дружинники ходили на ятвягов, и русское население, заселявшее край вплоть до границ владений пруссов, положило начало Черной Руси. В 981 году к Древнерусскому государству присоединилась земля вятичей, хотя здесь еще долгое время сохранялись следы былой ее независимости; спустя три года власть Киева распространилась на радимичей. К 1054 году Киевская Русь охватила почти все восточнославянские племена, а Киев стали называть «мати городомъ русьскымь». Во второй половине XI века проявляется тенденция к распаду Киевской Руси, однако в первой половине XI века вновь происходит усиление феодальной монархии, так как в связи с натиском половцев князья стремились объединить свои силы. Киевская Русь на какое-то время вновь становится более или менее единым государством, но развитие феодальных центров, возросшая роль бояр усиливали стремление его отдельных частей к самостоятельности. В 1132 году Киевская Русь распалась, начался период феодальной раздробленности.
До нашего времени дошло мало свидетельств о жизни восточных славян в дохристианский период. Наиболее распространенным материалом, из которого изготавливались предметы быта, изображения богов и богинь, жилые и хозяйственные постройки, было дерево – очень податливый и удобный для обработки, прочный, но в то же время легко уничтожаемый огнем и сыростью материал. О скульптуре дохристианской Руси можно судить лишь по их небольшим фрагментам и обломкам, найденным при раскопках в Новгороде, Пскове, Старой Руссе и в других местах. До 80-х годов XX века был известен всего один целый памятник древнерусской каменной скульптуры - Збручский идол. Памятник Х века, он был найден в 1848 году в реке Збруч (приток Днестра) у села Гусятин. После принятия христианства он, подобно идолу Перуна в Киеве, был, вероятно, сброшен в воду. Идол с реки Збруч представляет собой высокий (2,67 м) четырехгранный столб с тремя ярусами рельефов. В нижнем ярусе изображены подземные божества, которые держат на себе землю и людей (средний ярус), в верхнем – боги с их главными атрибутами – мечом и конем. Такое разделение изображений символизирует представление славян о строении вселенной. В верхней части идола одной княжеской шапкой увенчаны четыре бога, изображенных в рост. На главной лицевой стороне – богиня плодородия. Около идола располагался жертвенник-круг, сложенный из булыжников. Ров образует восемь дугообразных лепестков, в каждом из которых во время праздника горел ритуальный огонь. Збручский идол хранится сейчас в Краковском музее; копия в натуральную величину — в Историческом музее в Москве.

О древней культуре славян многое рассказывают и языческие капища, которые встречаются в местах расселения славян. Они представляют собой небольшие (14-30 м) площадки со рвом или валом. Капища располагаются на естественных или специально насыпанных возвышениях. В 1908 году на Андреевской горе, в самой середине княжеского двора было открыто так называемое Киевское капище VIII – X веков. Повторно оно было исследовано в 1937 году. Оно образует неправильный четырехугольник с четырьмя прямоугольными выступами и сложено из неотесанных камней без соединительного раствора. Размеры капища – 4,2х3,5 м., высота – 0,4 м. Неподалеку от площадки обнаружен слой пережженной глины с костями домашних животных.

Рис. 84. Киевское капище. VIII – X вв.

В 1951-1953 годах на левом берегу реки Волхв в 4 км от Великого Новгорода обнаружено Перынское капище (IX – X вв.). Святилище представляет собой горизонтальную площадку в виде правильного круга диаметром 21 м, окруженную кольцевым рвом. Точно в центре площадки находится яма от деревянной статуи Перуна (согласно первой Новгородской летописи старшего извода, в 988 году она была срублена и сброшена в Волхов). Перед статуей находился круглый каменный жертвенник. Площадку окружает ров – восьмилепестковый цветок, образуемый восьмью симметрично расположенными ямами. На дне каждой из них во время празднеств разжигали ритуальный костер, а в одной из них, обращенной к Волхову, огонь горел постоянно.

Рис.85. Перынское капище. IX – X вв.

Кроме этих капищ, в разное время были обнаружены святилища в Северной Буковине (Ржавинское капище, VIII – X вв.), в урочище Гнилой Кут в Подолии (Гнилокутское капище, V – VII вв.), в Смоленской области (Красногорское святилище, VIII – X вв.), близ Житомира (Шумское святилище, VIII – IX вв.). В святилищах и близ них находят кострища, обожженные кости домашних животных и птиц, черепки сосудов, наконечники стрел, оружие. В единичных случаях археологи обнаруживают и обгоревшие фрагменты человеческих черепов. Таково, например, капище Головно (Волынская обл., Украина).

Археологическое исследование содержимого капищ и располагающихся около них древних поселений показывает, что дохристианская Русь знала литье, чеканку, керамику, вышивку, владела тонким искусством эмалей. Древнерусские мастера делали искусные ювелирные вещи - бронзовые амулеты и украшения: звездчатые подвески, пряжки, колты и гривны, осыпанные зернью, увитые сканью. В узоры этих изделий вплетались птичьи, звериные и человеческие фигуры.

Как и князья других славянских государств, русские правители ищут поддержку своей власти и международного признания в религии. В русских летописях рассказывается, что около 955 года при дворе византийского императора приняла крещение княгиня Ольга с христианским именем Елена. В 986 году князь Владимир призвал ко двору представителей разных религиозных конфессий: католических послов с Запада; хазар, исповедовавших иудаизм; булгар, исповедовавших мусульманство; византийцев. При выборе веры существенную роль сыграли торжественность и великолепие византийского богослужебного обряда и церкви в целом. Посланцы князя Владимира, побывав в Константинополе, восторженно описали князю Софийский собор и действо, происходившее во время богослужения. 988 год стал официальным годом крещения Руси. Незадолго до этого, в 986 году в Византии крестился и сам Владимир. Он принимает христианское имя Василий и вместе с крещением заключает выгодное политическое соглашение: Владимир женится на сестре византийского императора.

Источники сообщают, что крещение русичей проходило принудительно. По приказу князя всех киевлян согнали к Днепру и крестили, после чего сбросили в Днепр идол Перуна и сплавили его по реке, а других идолов, изрубив, сожгли. В Новгороде язычники оказали сильное сопротивление прибывшему туда епископу Иоакиму (991 г.), в Ростове только четвертому епископу удалось крестить жителей. Дольше всех славянских племен сохраняли язычество вятичи; здесь, на севере Черниговской области, в восточной части Орловской и южной части Калужской областей, христианство утвердилось только в XII веке. После татаро-монгольского нашествия христианство утвердилось не только в городах, но и в сельской местности. Впрочем, некоторые элементы язычества остаются сильными у восточных славян и по сей день.

Вместе с распространением православия в Русскую землю проникло кириллическое письмо. Археологические раскопки в Новгороде, Старой Руссе, Смоленске и других древних русских городах показывают широкое распространение грамотности на Руси того времени. Исследователи находят огромное количество берестяных грамот, написанных не князьями или дружинниками, а обычным посадским людом; берестяные грамоты мальчика Онфима помогают установить, как шло обучение письму детей. О распространении грамотности среди народа свидетельствуют и надписи на найденных при археологических исследованиях предметах быта: пряслицах, бочках, сосудах и т.д. Понятными и абсолютно правдоподобными становятся слова летописца Нестора (988 г.), что Владимир

Князь Владимир открывает при монастырях и церквях школы. Князь Ярослав Мудрый создает огромную библиотеку, в которой находится множество книг, в том числе и переведенных с греческого языка на русский. В 1037 году при Софийском соборе (Киев) открывается училище для трехсот детей из знатных семей, а в 1086 году княжна Анна Всеволодовна организовала при Андреевском монастыре в Киеве школу для девочек. С падением Первого Болгарского царства центр славянской книжности перемещается в Киевскую Русь. Из Болгарии и Сербии книжники устремляются сюда, где создаются все условия для развития славянского письма и славянской культуры.

Искусство Киевской Руси после принятия христианства впитало в себя византийские и южнославянские традиции, сохранив при этом и дохристианские мотивы: сказочные птицы, и звери, растительные орнаменты. Несмотря на запрет изображать на стенах храмов что-либо, кроме орнамента и живописи, мастера-каменотесы ухитрялись вырубать из камня и запрещенную скульптуру. Ярким примером такого искусства является церковь Покрова на Нерли, построенная близ г. Владимира в 1165 году. На стенах церкви можно увидеть не только пилястры и аркатуру, характерные для византийских храмов, в закомарах сделаны и лепные украшения, изображающие человеческую фигуру с музыкальным инструментом, по бокам которой располагаются львы, грифоны, ниже - загадочные женские маски. Похожая, но более богатая скульптура сплошь покрывает стены Дмитриевского собора во Владимире. К центральной фигуре Давида с обеих сторон тесными рядами идут всевозможные существа - ангелы, животные, птицы, языческие кентавры и грифоны. Здесь как олицетворение природных сил можно обнаружить и старые божества – фантастические твари, которые встречались на дохристианских украшениях «звериного стиля». Они и потом, спустя столетия, вплетаются в заставки и буквицы рукописных евангелий.

Соборы новгородские отличаются от владимирских и Киевских своей приземистостью, скупостью на украшения. В Новгородской земле большее развитие получила фреска, располагающаяся не снаружи, а внутри храма. Сохранилась незначительная часть фресок храма Спаса на Нередице (XII в.), погибшего во время Великой Отечественной войны. Они представляют собой своеобразную галерею новгородцев в облачении христианских святых - мужественные, коренастые, суровые фигуры. Среди них много бородатых старцев: при родовом строе особо чтились старики - родоначальники большой семьи. Проявились здесь и образы «дедов-сказителей», которые позднее изображались как старцы русских монастырей, русские отшельники.

Таким образом, древнерусская культура не только впитала традиции византийского искусства, но и создала собственные традиции, объединившие языческие и христианские мотивы. На стадии раннего средневековья Киевская Русь по типу культуры и направлению исторического развития была близка другим европейским государствам. В дальнейшем от этой близости остается очень мало. Обусловлено было это расхождение разделением церквей на западную и восточную, произошедшим в 1054 году.

В середине XII века Киевская Русь распадается на отдельные княжества. Андрей Боголюбский фактически переносит великокняжеский престол из Киева во Владимир (он перевез с собой икону Богоматери, позже получившую имя Владимирской). На смену Киевской Руси приходит период феодальной раздробленности.

Литература

owniaski H. Pocztki Polski. T. IV. Warszawa, 1970.
Бешевлиев В. Първобългарски надписи. София 1979.
Велецкая Н.Н. Языческая символика славянских архаических ритуалов. М., 1978.
Гура А.В. Мифы славян. М., 2000.
Етногенезис и културно наследство на българския народ. София, 1971.
История культур славянских народов. Т.1: Древность и средневековье. М., 2003.
История на България. Т. 2. София, 1981.
История южных и западных славян. Т.1-2. М., 2001.
Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа. М., 2000.
Нидерле Л. Славянские древности. М., 2000.
Очерки истории культуры славян. Ч.1: Культура славян в древнейший период их истории. М., 1996.
Петрухин В.Я. Славяне. М., 1996.
Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху раннего средневековья. М., 1982.
Свод древнейших письменных известий о славянах. Т.1-2.М., 1991-95.
Семенова М. Мы – славяне! СПб., 1998.
Славяне и Русь: Проблемы и идеи: Концепции, рожденные трехвековой полемикой, в хрестоматийном изложении / Сост. А.Г.Кузьмин. М., 2001.
Славянская мифология. Энциклопедический словарь. М., 1995.
Славянские древности. Этнолингвистический словарь. Т. 1-2. М., 1995-2000.
Тальберг Н. История русской церкви. М., 1992 (репринтное издание с Нью-Йоркского издания 1959 г.).
Тъпкова-Заимова В. Нашествия и етнически промени на Балканите. София, 1966.

Итак, Современные государства славян: Россия (Российская Федерация)

Шинаков Е.А. Образование Древнерусского государс

yournif — Thu, 15 May 2014 07:54:03 GMT

2-е изд., испр. и доп. М.: Восточная лит-ра, 2009. - 477 с.
ISBN 978-5-02-036417-2 (в пер.).
В исправленном и дополненном издании монографии автор дает широкую аналитическую картину процесса образования древнерусской государственности. Применение компаративистских и статистико-комбинаторных методов, а также привлечение данных социокультурной антропологии позволяет по-новому взглянуть на хорошо, казалось бы, известные факты. В новом издании монографии приводится также обзор последних историографических тенденций в изучении одного из интереснейших и важнейших периодов русской истории.
Предисловие ко второму изданию.
Введение (Историографические замечания).
Типы (социальная основа) государственности в отечественной литературе конца XX в.
Вопрос о социальной сущности и механизмах образования Древнерусского государства в отечественной историографии последней четверти XX в.
Образование Древнерусского государства: политико-антропологический и сравнительно-типологический аспекты.
Вопрос о «дружинном государстве».
Историографические тенденции начала XXI в.
Источники.
Общий обзор, оценка степени информативности и достоверности.
Источники по этапу «вождеств».
Специфика контент-анализа содержания «восточных» источников первой традиции.
Иные виды письменных источников о славянах и руссах первой половины IX в.
Источники периода «двухуровневого государства» переходного этапа.
Иностранные источники. Контент-анализ «восточных» источников второй традиции.
Мусульманские авторы второй традиции.
Дополнения Ибн Фадлана и Ибн Мискавейха.
Скандинавские источники.
Византийские источники.
Иудео-хазарские данные.
Отечественные источники и их взаимоотношения с иностранными.
Реалии второй половины X — начала XI в.: возможные истоки описания в отечественных источниках.
Иларион.
Олег Вещий.
Харальд и Ольга.
Обзор типов неписьменных источников.
Некоторые особенности использования археологических источников.
Иные виды вещественных и этнологических источников и методы их применения.
Государствообразовательные процессы и структуры на Руси.
до середины X в.
Регионально-потестарное деление.
Общие принципы.
Центральный регион.
Северо-Западный регион.
Северный регион.
Юго-Восточный регион.
Юго-Западный регион.
Формы и элементы государственности в восточнославянских вождествах.
Социально-потестарная структура русов к середине IX в.
Двухуровневое государство» переходного периода.
(середина IX — X в.).
Механизмы образования «варварского» двухуровневого.
государства Русь («Росия»).
Территориальная и этнопотестарная структура «варварского».
двухуровневого государства (880-940-е годы).
Форма правления.
Функции аппарата управления «верхнего» и «нижнего» уровней.
Источники и способы получения средств обеспечения правящего слоя.
Кризис «двухуровневости» в 40-е годы X в. и его.
стадиально-типологические аналоги.
Поиск путей: Ольга и Святослав.
Реформы Ольги и их последствия.
Святослав — «имперский» эксперимент: причины и перспективы.
Функции и источники получения средств содержания военно-административного аппарата державы Святослава.
Становление и консолидация раннего государства Русь.
Святославичи: поиски пути (механизмы создания территориальной базы раннего государства).
«Гражданские войны» 977 и 980 гг. в государствообразующем аспекте.
Механизмы консолидации «сложносоставного» государства и его трансформация в «раннее» государство «дружинной формы».
Роль оборонительных войн в консолидации государства.
«Дружинное государство» на Руси в сравнительно-историческом.
аспекте и тенденции развития ранней государственности.
Начало русской государственности (вместо заключения).
Примечания.
Библиография.
Источники.
Литература.
Список сокращений.
Приложения.
Сравнительная таблица признаков и видов источников.
по разным этапам древнерусского политогенеза.
Таблица.
1. Взаимосвязь терминов «славяне» и «русь».
у восточных авторов, описывающих реалии середины IX в.
Таблица.
2. Развитие термина «русы» с середины IX по середину X в.
Таблица.
3. Таблица коэффициентов сопряженности между.
литературно-фольклорными образами.
Карты.
Серия I. Восточная Европа в процессе образования ранней.
государственности на Руси.
Серия II. Потестарно-политические процессы IX — начала XI в. в Юго-Восточном регионе и их археолого-нумизматическое отражение.
Этногеографический указатель.
Указатель имен.

Выложил(а):

Чтобы бесплатно скачать этот файл на максимальной скорости, зарегистрируйтесь и залогиньтесь.

Вы можете скачать этот файл с letitbit без регистрации.

История Ленинградской области

yournif — Thu, 15 May 2014 05:44:56 GMT

Территория, на которой сегодня расположена Ленинградская область, на протяжении веков, несмотря на смену названий и площади, складывалась как определенное территориальное, этно-культурное и политическое единство.

Богатая и разнообразная природа края – это открытая книга истории Земли. Ее древние страницы - напластования горных пород, среди которых встречаются еще свидетели докембрия – граниты, диориты и гнейсы.

История освоения этих земель человеком уходит в эпоху мезолита, среднего каменного века - в V-IV тысячелетие до н.э. – когда, постепенно продвигаясь к северу вдоль рек и озер, располагались стоянки протосаамов, активно занимавшихся в этих водах рыболовством. Они располагались на обширной территории вдоль Финского залива, Карелии, селились по берегам Невы, Волхова и Свири. В период неолита, в III тысячелетии до н.э. с востока, из Приуралья и Волго-Камского региона, сюда пришли т.н. «волосовские племена», составившие основу для формирования волжско-финского населения. Спустя тысячелетие с юго-запада, из районов южной Прибалтики в эти места проникли древние прибалтийско-финские племена. Продвигаясь на север, они постепенно вытесняли и частично ассимилировали древних саамов. Между ними, по долинам рек Ловати и Волхова, длительное время оставалась «ничейная земля», «пограничье».

Так еще в глубокой древности на этих землях возникло два родственных этно-культурных образования: волжско-финские племена, поселившиеся в восточной части региона, и прибалтийско-финские племена на западе.

Ведущей отраслью хозяйства постепенно становится скотоводство, а наличие скота – главным показателем экономического благосостояния. Население Северо-Запада разводило практически все основные виды сельхозживотных – крупный и мелкий рогатый скот, свиней, лошадей. При этом сохраняли свое значение в добывании продуктов питания охота и рыболовство. Земледелие было знакомо обитателям этих мест в форме подсечно-огневой системы, при которой на участке, отведенном под посевы, выжигался лес.

В V-VIII вв. происходит освоение области вокруг Ладоги племенами из Средней Финляндии и берегов Ботнического залива, создавшими приладожско-карельскую культуру.

В VIII в. в южномПриладожье, включая северное Поволховье, появляются новые поселенцы, славяне, к которым вскоре присоединяются представители некоторых финских племен и выходцы со Скандинавии. Славяне двигались вдоль основных водных трасс Балтике и Ладоге, осваивая «ничейные» земли между волжско-финскими и прибалтийско-финскими племенами.

В результате дальнейшего общения племен сложилось обширное многоэтническое объединение под названием «Северная Русь». Эта федерация в 1270 г. была зафиксирована в летописях формулой: «Совокупися в Новгород вся волость новгородская: Пльсковичи, Ладожане, Корела, Ижера, Вожане».

Накануне расселения в этом регионе славяне представляли собой народ с древними традициями земледелия, были знакомы со многими типами пахотных орудий. Более высокий уровень развития производительных сил давал им явный перевес над местными племенами, что обусловило успех славянской колонизации края. Соприкосновение восточных и славян с меньшим по численности местным населением носило мирный характер. Процессу сближения способствовала также христианизация края, в основном завершившаяся в XIII веке.

Как и у других славянских племен, у обосновавшихся здесь словен и кривичей земля представляла собой собственность племени. Верховным органом управления и суда являлось народное собрание, в котором участвовали свободные вооруженные мужчины. Наряду с ними существовал совет старейшин племени, решавший мене важные вопросы, а также князь, избираемый собранием.

Финно-угорские племена (летописные водь, ижора и корела) оказались под властью киевских князей во второй половине IX-X вв. Тогда образовалось Древнерусское государство с центром в Киеве. С началом периода феодальной раздробленности Древней Руси территория, которую занимали финно-угорские племена, составила основу Водской, Ижорской и Корельской земель Великого Новгорода – на протяжении многих веков могущественной феодальной республики Северо-Западного региона.

Именно в то время – в середине IX века особое значение приобретает поселение Ладога, основанное около 750 г. в низовьях реки Волхов. Благодаря ключевому положению на евразийском балто-волжском и балто-черноморском торговом пути, который пролегал по крупнейшим рекам Восточно-Европейской равнины – Волге и Днепру, вел в Арабский халифат и Византию Ладога становится крупным торгово-ремесленным центром. В те годы Ладога известна как торжище международной значимости. Здесь не только перегружали товары с морских на плоскодонные речные суда, но сюда могли заходить корабли универсального назначения длиной 8-11 м, которые были способны двигаться по реке и по морю.

Для истории России важно событие, которое связано с Ладогой – здесь в 862 году произошло то, что можно считать переломным событием в истории становления русской государственности. В 862 году, возможно, после смерти последнего представителя местной славянской династии, князя Гостомысла, сюда был приглашен знатный скандинав Рюрик с братьями и дружиной.

В древнем летописном источнике - «Повести временных лет» так описывается призвание Рюрика: «И начали люди сами меж собою владеть, но не бе в них справедливости; воста род на род, быша междоусобия, воеваша друг на друга, сами себя более, нежели неприятели, разоряли. Сие видя, старейшины земли, собравшись от словян, руси, чуди, кривичь и протчих предел, разсуждали, что земля Руская, хотя велика и обильна, но без князя распорядка и справедливости нет; сего ради нуждно избрать князя, который бы всеми владел и управлял. И согласяся, по завесчаниюГостомыслову, избрали князя отваряг, называемых руссов. И сяде старейший Рюрик в Ладоге, другийСинеуссяде у нас на Белеозере, а третий Трувор в Изборску…»

При преемнике Рюрика князе Олеге, прозванном «Вещим», в Ладоге была построена каменная крепость для отражения набегов со стороны заморских варягов, ораны места сбора дани и усиления контроля заволховским торговым путем.

После объединения под властью князя Олега северных земель и приднепровской Руси Ладожская крепость стала важным опорным пунктом единого древнерусского государства с центром в Киеве.

В состав земель Великого Новгорода территория современной Ленинградской области входила с 1136 по 1478 гг. В эту пору, во второй половине XII века на побережье Финского залива резко усилилась борьба за сферы влияния между Новгородской республикой и другими европейскими государствами. Начиная с 160-х гг. Запад повел быструю военно-церковную колонизацию прибалтийских земель, и вскоре там возникли первые епископства, рыцарские ордена меченосцев и тевтонов. В результате нескольких крестовых походов XII-XIII вв. Дания покорила, крестила и обложила данью пять племен в Эстляндии.

Обострилась и торговое соперничество Новгорода с «Готским берегом» - объединением германских торговых городов. Одновременно началась затянувшаяся на столетия борьба со Швецией. В начале XIII в. Власть Новгорода полностью распространилась на земли чуди, води, ижоры и корелы. Здесь возникли русские крепости с постоянными гарнизонами. В переломные для всего Северо-Запада 1212-1242 годы Новгород, опираясь на поддержку соседних русских княжеств, сумел отразить агрессию Ливонского ордена и Швеции и установить западный рубеж своих владений по реке Нарове. Особое значение среди сражений этого времени имели знаменитая Невская битва 1240 г. и Ледовое побоище на Чудском озере в 1242 г., где новгородским князем Александром Ярославичем были одержаны решающие победы.

В конце XIII века шведы захватили сначала Западную Карелию и построили замок Выборг, а чуть позже, захватив Корелу, основали крепость Кексгольм. Летом 1300 года новая шведска крепость Ландскрона выросла прямо на Охтинском мысу при впадении реки Охты в Неву, однако, уже в мае 1301 года она была разрушена новгородцами. Через двадцать лет борьба завершилась изгнанием шведов из Корелы. В 1323 году был заключен Ореховецкий договор между великим князем Юрием Даниловичем и королем Магнусом VII Эриксоном – первый в истории русско-шведских отношений договор о «вечном мире». И, несмотря на отдельные походы шведов и даже захват ими крепости Орешек, сторонам удалось почти полтора столетия держаться в рамка- мирного договора 1323 года.

Присоединение Новгорода к Московскому государству и временное «безвластие» на местах обернулось очередными стычками в приграничной полосе, новыми переговорами, и началом новой войны со Швецией в 1493 году, начатую Иваном III за возврат утраченных по Ореховецкому договору территорий. Война закончилась перемирием в 1497 году, а затем подтверждением мира 1323 года в 1510 и 1513 гг.

Возникшие в период средневековья на северо-западных рубежах Руси города-крепости: Ладога, Орешек, Корела, Тиверский городок, Копорье, Ямгород, Порхов, Ивангород, и, конечно же, Псков и Новгород – стали мощным оборонительным щитом всей Руси, заслонившим ее от иноземных вторжений.

В июле 1557 года на Балтике был построен первый русский порт. Еще весной Иван IV велел «на Нерове ниже Ивангорода на устье на морском город поставити для корабельного пристанища…».

Временем тяжелейших военных испытаний для всего Севео-Запада стала Ливонская война, длившаяся с 1558 по 1583 г. С разгромом Ливонского ордена в 1559 году Россия не достигла желаемой цели – утверждения на Балтике и непосредственного выхода на европейские торговые пути. Страна стянулась в длительную и тяжелую борьбу со своими соседями – Литвой, Польшей, а позднее и Швецией – за «Ливонское наследие».

Ливонская война закончилась подписанием в 1617 году в деревне Столбово, недалеко от Тихвина, мирного договора России со Швецией. Столбовский мир передавал Швеции Ивангородский, Ямской, Копорский и Ореховский уезды и подтверждал условия договора 1609 года о передаче Корельского уезда шведам. По условиям мирного договора население должно было оставаться на своих местах. Только монахи, дворяне, дети боярские и посадские люди могли в течение двух недель покинуть территорию, переходившую под власть Швеции.

Ижорская земля, которую шведы именовали Ингерманландией, находилась под властью Швеции с 1617 по 1702-1703 гг. Россия не примирилась с установлением шведского владычества на Ижорской земле и в Корельском уезде. Она была готова воспользоваться любыми осложнениями на Балтке для ее возвращения. В конце XVII века русские неоднократно периодически вели военные действия против шведов. Так в 1656 году царь Алексей Михайлович (1629-1676) лично возглавил поход в Лифляндию. Русские войска осадили Ригу, но овладеть ею не смогли и в конечном итоге отступили. Военные действия происходили и в Ингерманландии. Во второй половине XVII века Россия дважды пыталась оказать дипломатическое давление на шведское правительство с целью возвращения Ижорской земли. Безуспешные требования вернуть России утраченные в 1617 г. земли выдвигались при царе Федоре Алексеевиче и позже, при царевне Софье. Вернуть Ижорскую землю предстояло в ходе победоносной Северной войны Петру Великому уже в начале XVIII века.

Петр I возобновил борьбу за выход России к берегам Балтики, за возвращение земель «отчич и дедич». Начало боевых действий ознаменовалось разгромом русских войск под Нарвой. Но уже в 1702 году Ладожское озеро было освобождено от шведских кораблей лодочной флотилией полковника Тыртова, вынудившей адмирала Нумерса увести их в Выборг. 11 октября после упорного 13-часового штурма была взята крепость Нотебург, которую Петр символично переименовал в Шлиссельбург – «ключ-город», имея в виду выход в Финский залив.

Эта победа открыла русской армии путь к устью Невы. Весной 1703 года освобождение древней Ижорской земли от шведов было завершено – 1 мая 1703 года сдалась стоящая в устье Невы крепость Ниеншанц, 7 мая одержана первая в Северной войне победа в водах Балтики, 16 и 27 мая были взяты Ям и Копорье. Закрепляя выход России к морю, Петр I заложил 16 мая 1703 г. на одном из островов невской дельты новую крепость Санкт-Петербург, которой было суждено стать столицей Российской империи.

Особое место в промышленном развитии Северо-Запада России ХVIII-ХIХ веков занимали предприятия, связанные со строительством Балтийского флота и вооружением армии. В 1702 году на берегу Свири, восточнее деревни Мокришвицы, была основана судостроительная верфь, получившая по своему местоположению в крае название Олонецкой. Местное население называло ее Лодейной Пристанью, или Лодейным Полем. Состояла она из кузницы, смолокурни, канатного двора, мастерских, амбаров, жилых домов, чертежной и лазарета, которые возвели за несколько месяцев. Для царя Петра построили «дворец» - обыкновенный деревянный дом. В течение всего года здесь велись спешные работы, и уже в августе 1703 года в Лодейном Поле в присутствии Петра I спустили на воду фрегат «Штандарт» - первенец будущего Балтийского флота. Олонецкая верфь в Лодейном Поле действовала до 1830 года. С ее стапелей было спущено более 450 судов.

Ленинградская область появилась на карте Советского Союза после выхода постановления Всесоюзного Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров РСФСР 1 августа 1927 года.

Но еще дважды в двадцатом веке ленинградская земля стала ареной кровопролитных сражений. В 1939-1940 годах к северу от Ленинграда, в лесах Карельского перешейка шла «незнаменитая», по выражению известного советского поэта А.Твардовского, советско-финляндская война, в результате которой в состав Ленинградской области вошли нынешние Выборгский и Приозерский районы. А с июля 1941-го по август 1944-го здесь шли ожесточенные бои Великой Отечественной.

Единое Древнерусское государство IX–X веков. Роль

yournif — Sun, 04 May 2014 17:21:01 GMT

Цветной журнал с электронными приложениями.
Бумажные и электронные версии.
Скидки для постоянных подписчиков.

№14 — в подарок! Пожалуйста, ознакомьтесь с одним номером. Вы можете загрузить его бесплатно.

Единое Древнерусское государство IX–X веков. Роль Великого Новгорода в становлении российской государственности

Разделы: Преподавание истории и обществознания

Тип урока: комбинированный с применением ИКТ.

Я не знаю, что значит какой - прогресс,
Но до здравого русского веча
Вам, мои государи, далече!
Граф А.К.Толстой

План:

1. Причины образования единого древнерусского государства.

2. Создание древнерусского государства: норманисты и антинорманисты.

3. Особенности государственного строя Новгородской земли.

4. Государственность и родовые идеалы.

5. Значение образования единого древнерусского государства.

6. Черты новгородской демократии в современной российской государственности.

Цели:
Актуализировать необходимые знания учащихся из курса истории 7-8 класс.
Подвести учащихся к пониманию того, что единое древнерусское государство IX - XI вв. было раннефеодальной монархией.

Формировать умение анализировать исторические источники, самостоятельно делать выводы, работать с исторической картой.

Словарь: раннеклассовое общество, государственность. Экстенсивный тип деятельности, интенсивный тип деятельности, подсечно-огневое земледелие. Культура, полюдье, "уроки", "погосты", "волости"; гражданское общество, демократия, общественный порядок.

Межпредметные связи: МХК, литература, обществознание.

Проблемное задание уч-ся: в конце урока попробуйте опровергнуть или согласиться с высказыванием графа А.К.Толстого. Приведите аргументы в защиту своей точки зрения.

Образовательные компетенции: развитие различных образовательных компетенций: общекультурной, информационной, коммуникативной и других и возможность рефлексии.

Умения и навыки мыслительной деятельности: осмысливание учебного материала, классификация, обобщение, систематизация доказательств, аргументирование; формулирование выводов, умозаключений; написание сочинений, решение проблем.

Ход урока

I. Урок открываю просмотром замечательного фильма из цикла "Святыни" - "Великий Новгород". Перед просмотром формулирую вопросы:

1. Почему именно Новгород стал одним из центров объединения Древнерусского государства?

2. Какова роль Великого Новгорода в становлении российской государственности?

3. О чём рассказывают Берестяные грамоты?

4. Охарактеризуйте Новгородскую судную грамоту (XV в.) как источник познания истории Древнего Новгорода.

5. Перечислите особенности государственного строя Новгородской Земли.

II. Составление уч - ся сравнительной таблицы "Норманисты и антинорманисты" на основании материала учебника и с помощью учителя. Анализ таблицы; вывод о том, что современная наука заставила оппонентов для доказательства своей правоты привлечь максимальное количество аргументов: лингвистических, текстологических, источниковедческих, археологических и пр.

Задание уч-ся: дополните свой рассказ, используя дополнительные материалы.

III. Заполнение уч-ся схемы "Особенности государственного строя Новгородской земли" и комментария к ней: пояснительной таблицы.

Задание уч-ся: дополните свой рассказ, используя дополнительные материалы.

IV. Выступление уч-ся Назаренко Софии, призёра Всероссийского конкурса творческих работ, посвящённых 1150-летию Великого Новгорода, участницы Заключительной Конференции Северо-Западного гуманитарного конкурса " Роль Великого Новгорода в становлении российской государственности" и ознакомительно - культурных мероприятий. Рассказ уч-ся: " Мы посетили Новгородский государственный музей-заповедник, музей изобразительных искусств, Новгородский Кремль, Собор Святой Софии, памятник 1000 - летию России и другие исторические объекты Великого Новгорода. На конференции мы на равных общаемся с творческой и политической элитой России: академиками РАН Мясниковым В.С., Корольковым А.А., вице-президентом Центра Национальной Славы России, Членом Общественной палаты РФ З.Г.Медоевой и другими представителями форума.

Перед выступлением София предлагает одноклассникам определить своё отношение к Великому Новгороду. Чем для Вас является Великий Новгород?

1. "Археологическим раем", - как называют этот город современные учёные?

2. "Русской школой Православной веры", - как о нём говорят богословы и иконописцы?

3. "Русской Атлантидой" - как его называют философы и путешественники?

Школьники делают осознанный выбор и вывод о том, что нельзя привнести государственность из вне, что новгородцы способны были сами создать своё государство. О них академик Д.С.Лихачёв сказал так: "На заре русской истории мы обязаны новгородцам тем, что мы такие, как есть, что мы - русские!". А гениальная поэтесса А.Ахматова выразила свой патриотизм следующими строками:

Спокойной и уверенной любови не превозмочь мне к этой стороне,

Ведь капелька новогородской крови во мне как льдинка в пенистом вине".

"Священным пространством и гигантской иконой" назвала Новгород газета Нью-Йорк Таймс. Значит, правильным является решение В.В.Путина об объявлении 1150 - летия Новгорода национальным праздником.

Урок может достигнуть высочайшего эмоционального накала! Уч-ся прочувствовали рождение государства и ощутили себя гражданами великой цивилизации.

В помощь ученику: словарь трудных терминов.

Демократия (греч. - "народовластие", "республика") - форма правления государством или политическая система, при которой власть осуществляется через прямое народовластие (прямая демократия ) либо через представителей, избираемых народом или какой-то частью народа (представительная демократия). Главным признаком демократии является обеспечение пропорционального представительства во власти как можно более широких интересов населения, присутствующих в стране, а также динамическое изменение представительной власти вместе с соответствующими изменениями этих интересов во времени".

"Общественный порядок - сложившаяся в обществе система отношений между людьми, правил взаимного поведения и общежития, установленных действующим законодательством, обычаями и традициями, а также нравственными нормами. Общественный порядок представляет собой всю совокупную систему общественных отношений, которая складывается в результате реализации социальных норм: норм права, норм морали, норм общественных организаций, норм неправовых обычаев, традиций и ритуалов".

"Гражданское общество - один из феноменов современного общества, совокупность социальных образований (групп, коллективов), объединенных специфическими интересами (экономическими, этническими, культурными и т.д.), реализуемыми вне сферы деятельности государства и позволяющими контролировать действия государственной машины. Гражданское общество - общество с развитыми экономическими, культурными, правовыми и политическими отношениями между его членами, которые способствуют образованию обратных связей между общестом и государством".

Прогнозируемый результат (выводы, которые делают учащиеся):
Важная роль городов-центров, племенного веча - демократического органа управления.

По уровню своего развития общество восточных славян в IX-XI вв. - раннеклассовое.

Увеличение значения в IX-XI вв. европейского торгового пути "из варяг в греки" приводит к стремлению князей объединить в одних руках всю территорию вокруг торгового пути, подчинив близкие по языку и культуре племена.

вокруг торгового пути, подчинив близкие по языку и культуре племена.

Центры объединения - Киев и Новгород.

Родовой принцип наследования (Олег, по преданию, был не сыном, а племянником Рюрика) отличает Древнюю Русь от Западной Европы.

Древнерусское государство было образовано восточными славянами в результате социально-экономического развития, а не было привнесено из вне.

Приложение
"Политическая система Древнерусского государства в IX - XI вв."

Домашнее задание: трёхуровневое. Предлагаю различные уровни заданий: конструктивный, для всех уч-ся, творческий, опережающее задание.

1. Для всех учащихся: знать основные вопросы темы, указанные в плане урока.

2. Конструктивный: написать мини-сочинение на тему (по выбору):
Великий Новгород - "Археологический рай";

Великий Новгород - "Русская школа Православной веры";

Великий Новгород - "Русская Атлантида".

3. Творческий: провести мини-исследование "Перспективы формирования гражданского общества в РФ".

4. Опережающее задание: (индивидуально, по желанию уч-ся) подготовить презентацию на тему: "Культура Древней Руси".

Время на выполнение 1 и 2 заданий - 40 мин. Задания 3 и 4 - выполнение группами в целях соблюдения санитарных норм.

Уч-ся с высоким уровнем напряжённости - не более 30 мин. в целях здоровьесбережения.

Восточные славяне. Образование древнерусского г�

yournif — Sat, 03 May 2014 07:42:30 GMT

Общий смысл норманнской теории совершенно ясен: скандинавы создали русский народ, подарили ему государственность, культуру, вместе с тем подчинив его себе. Хотя данное построение было впервые упомянуто составителем летописи и с тех пор на протяжении шести веков обычно включалось во все сочинения по истории России, общеизвестно, что официальное распространение норманнская теория получила в 30-40-е годы XVIII века во времена "бироновщины", когда многие высшие должности при дворе были заняты немецкими дворянами. Естественно, что и весь первый состав Академии Наук был укомплектован немецкими учеными. Считается, что создали эту теорию немецкие ученые Байер и Миллер под влиянием политической обстановки. Чуть позже эту теорию развил Шлетцер. На опубликование теории мгновенно среагировали некоторые русские ученые, в особенности М. В. Ломоносов. Надо полагать, что эта реакция была вызвана естественным чувством ущемленного достоинства. Действительно, любой русский человек должен был воспринять эту теорию как личное оскорбление и как оскорбление русской нации, в особенности такие люди, как Ломоносов. Именно тогда начался спор по норманнской проблеме. Загвоздка в том, что противники норманнской концепции не могли опровергнуть постулаты данной теории из-за того, что изначально стояли на неверных позициях, признавая достоверность летописного рассказа-первоисточника, и спорили лишь об этнической принадлежности славян. Норманисты упирали на то, что термином "Русь" обозначались именно скандинавы, а их противники готовы были принять любую версию, лишь бы не дать норманистам фору. Антинорманисты готовы были говорить о литовцах, готах, хазарах и многих других народах. Понятно, что с таким подходом к решению проблемы антинорманисты не могли рассчитывать на победу в данном споре. Как следствие, к концу XIX века явно затянувшийся спор привел к заметному перевесу норманистов. Количество сторонников норманнской теории выросло, а полемика со стороны их противников стала ослабевать. На ведущую роль в рассмотрении этого вопроса выдвинулся норманист Вильгельм Томсен. После того, как в России в 1891г. была опубликована его работа "Начало Русского государства", где были с наибольшей полнотой и ясностью сформулированы основные аргументы в пользу норманнской теории, многие русские историки пришли к мнению, что норманнское происхождение Руси можно считать доказанным. Согласно антинорамнской теории, варяги явившиеся на Русь, были по национальности славянами и приглашены в Новгород потому что мужская линия древней новгородской династии угасла, а они были представителями женской линии. Никакой существенной роли в создании государственности, культуры и прочего германцы не сыграли, хотя бы потому что и государственность и культура были свои, создаваемые веками до этого. Также, помимо норманизма и антинорманизма существуют и альтернативные теории, которые могут, если не перевернуть устоявшиеся традиционные взгляды на историю, то заставить историков вступить в полемику и заново доказать или опровергнуть некоторые исторические факты. Так или иначе, с норманизмом на нашей родине практически покончено. Но Запад продолжает за него держаться и с завидной настойчивостью старается укрепить обветшалые позиции норманнской теории.
Контрольная работа Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет Владивосток 2008 Введение Откуда и когда взяла свое начало древняя Русь? До сих пор историки не могут найти точного ответа на эти вопросы. Главный источник наших знаний о Руси - летописи. Самая знаменитая летопись - "Повесть временных лет". На ней строятся наши основные представления о происхождении Руси и древних славян. Рассмотрим некоторые моменты, становления государства на Руси. Территория и хозяйство восточных славян VI - IX вв. Византийские историки VI века делят славян на две группы. Западная часть славян так и обозначались как славяне (склавины, склавии). К ним относили и балканских славян. Восточной частью считали антов, которые обитали в бассейнах Днепра и Днестра. К VIII в., перед объединением восточнославянских племен под властью Киева, существовало более пятнадцати крупных племенных союзов. Попытаемся восстановить карту расселения славян. В Среднем Поднепровье обитали "поляне", центром их земель был Киев. На севере от них жили словене, группирующиеся вокруг городов Новгород, Ладога. К северо - западу располагались древляне, главным городом которых был Искоростень. Далее, на территории современной Беларуси жили дряговичи. На северо - востоке в междуречье Оки, Клязьмы и Волги обитали вятичи, главными городами которых были Ростов и Суздаль. Между вятичами и полянами в Верховьях Волги, Днепра и Западной Двины обитали кривичи. Их главным городом был Смоленск. В бассейне Заподной Двины обитали полочане, центром которых был Полоцк. Племена, расселившиеся по рекам Десна, Сейм и Сула и жившие к востоку от полян назывались северянами, их главным городом был Чернигов. По рекам Сож и Сейм жили родимичи. К западу от полян, в бассейнах реки Буг, расселились волыняне и бужане. Между Днестром и Дунаем обитали уличи и тиверцы. Племена хорватов и дулебов жили в Подунавье и Прикорпатье. Отношения между племенами были мирными, хотя иногда и происходили столкновения, но против общего врага славяне боролись сообща. Жизнь среди лесов и болот была нелегкой. Люди вели хозяйство, применяясь к окружающим условиям. Основными занятиями восточных славян были земледелие, скотоводство и различные промыслы. Причем, чем дальше на север, тем большее значение имели промыслы. Главным, конечно, было земледелие. В VII веке славяне еще не знали ни двуполья, ни трехполья. У славян господствовала переложная и подсечно-огневая системы земледелия. При переложной системе на участке выжигали траву и использовали удобренную золой землю до полного истощения. После этого участок забрасывали на два - четыре года, до полного восстановления травяного покрова. Подсечно-огневая система названа так, потому что деревья подрубали и оставляли сохнуть на корню, а затем выкорчевывали и сжигали. Как и при переложной системе, участок использовали до полного истощения и забрасывали. Настоящей пахоты не велось - землю лишь рыхлили. И лишь в VIII веке наряду с переложным распространилось пашенное земледелие: землю пахали и давали ей регулярный отдых под паром. Основными сельскохозяйственными культурами у славян были пшеница, ячмень, просо, дававшие высокие урожаи при подсеке и перелоге. С продвижением на север и распространением пашенного земледелия увеличивались посевы ржи и овса, прежде занимавшие незначительное место.

Славянский и германский миры Европы I тыс. до н. э.

yournif — Fri, 02 May 2014 05:16:37 GMT

В VI–III вв. до н. э. славяне, теснимые в центре Европы идущим к востоку потоком кельтов, на севере континента начиная с VII в. до н. э. также теснились выходцами из Скандинавии, представлявшими германскую общность Европы. Как мы помним, на юге России, в лесостепях Среднего Поднепровья, оседлое земледельческое население в VIII–VII вв. до н. э. оттеснялось к северу, в леса западной России, где подвергалось смешению с балтским населением. Кроме того, начиная с рубежа II–I тыс. до н. э. и всю первую половину I тыс. до н. э. оседлые славянские общности Среднего и Верхнего Поднестровья подвергались смешению с наступавшими на северо-восток фракийцами, в свою очередь также испытывавшими давление со стороны иранского и кельтского миров, двигавшихся навстречу друг другу.
Население лужицкой культуры VII в. до н. э., занимавшее территорию к северу от Карпат, в бассейнах Верхней Эльбы (Лабы), Одера и Вислы, восприняло носителей новой, поморской, культуры VII–II вв. до н. э. на крайних северных рубежах своего региона, в междуречье Нижней Вислы и Нижнего Одера. Центром поморской археологической культуры балтийского побережья был Гданьский залив, а главным направлением распространения ее носителей стал юг, вплоть до современных городов Торунь на Нижней Висле и Познань на реке Варте.

Лужицкая культура на протяжении ряда столетий вбирала в себя все более расширявшуюся на ее землях культуру Поморья, пока наконец не слилась с ней, образовав новую культуру подклошевых погребений (V–II вв. до н. э.), занявшую все ту же территорию по течению Вислы и несколько меньшую — по течению Одера. Так был поглощен древним славянским миром севера Европы первый надвинувшийся из Скандинавии вал древних германцев.

Влияние же кельтского мира на западных славян выразилось не только в особенности языка позднейшей общности чехов и в значительной славянской миграции из Центральной Европы на её север и восток, но и в определенном проникновении к северу от Карпат самих кельтов, оставивших на территории лужицкой культуры ряд металлургических комплексов. На северо-западе Чехии явственно видны археологические наслоения памятников латенской (кельтской) эпохи на силезско-платеницкую группу лужицких памятников.

В эпоху Гальштата (VIII–VI вв. до н. э.) территория лужицкой культуры буквально изобиловала множеством тщательно укрепленных валами, рвами, частоколами крупных, многолюдных поселков. Места для их строительства выбирались на берегах водоемов, на возвышениях, а нередко и в окружении труднопроходимых болот. Внутренней застройкой поселков служили дома каркасно-столбовой конструкции с достаточно обширной площадью, поделенной на два помещения — жилое с очагом и хозяйственное. Наряду с укрепленными поселками высокие берега Одера и Вислы венчали многочисленные святилища и целые религиозные комплексы. Кроме того, население располагало рядом мощно укрепленных городищ со стенами деревянной конструкции, наполненными камнем, песком и глиной. К воротам через окружавшие городища естественные и искусственные преграды (рвы с водой, болота) подводились мосты.

Укрепления, улицы и дом Бискупинского городища. Польша. VI–V вв. до н. э.

Если население лужицкой культуры практически повсеместно придерживалось обряда трупосожжения и погребения в урне, то носители поморской культуры на севере и западе своей территории совершали погребения по обряду трупосожжения и захоронения в каменных ящиках, а на юге территории прах погребали в глиняном сосуде, накрытом клошем (керамической миской).

Основной напор кельтов на земли Верхней Силезии и верховья Вислы пришелся на эпоху среднего Латена (III–II вв. до н. э.), что совпало практически с полным растворением северной поморской культуры и возобладанием обряда подклошевых погребений, давших название новой культуре.

Одним из показателей соотношения населения являются многочисленные обширные поля погребальных урн лужицкой культуры, число захоронений на которых нередко достигает нескольких тысяч, и сравнительно немногочисленные поморские могильники с незначительным числом захоронений. Весьма важно и то, что обычай устраивать подклошевые (накрытые клошем) захоронения на территории лужицкой культуры появился значительно раньше возникновения поморской культуры.

На землях, лежащих к западу от территории лужицкой культуры, подклошевые погребения смешаны с погребениями праха в каменных ящиках, что также косвенно указывает на взаимное проникновение славянского и германского миров севера Европы.

Помимо урн, начиная с конца эпохи бронзы (Гальштат VIII–VI вв. до н. э.), на территории Апеннин (Этрурия), части северной Германии, Дании и Скандинавии при погребении достаточно широко использовали сосуды-домики, отражающие форму тогдашних жилищ, отсутствующие у носителей лужицкой культуры.

В эпоху Гальштата широкое распространение получили лицевые и очковые урны, верхняя часть которых отображает человеческие черты. Если на раннем этапе поморской культуры лицевые урны отсутствовали, то на заключительном этапе эпохи Гальштата лицевые урны распространились в Гданьском Поморье, на Нижней Висле и Средней Варте. В эпоху среднего Латена (III в. до н. э.) лицевые урны были широко распространены в междуречье Средней Вислы и Среднего Одера, вытесняя при этом сосуды-домики.

Аналогии лицевых урн Вислы и Одера встречены в Трое (2750–1250 гг. до н. э.), в Этрурии (VIII–I вв. до н. э.) и на землях Средней Германии. В землях юга Скандинавии, Дании, в низовьях Рейна и Эльбы встречаются и лицевые, и домиковые, и очковые урны-сосуды.

Для поморской культуры, равно как и для среднегерманских земель, характерны индивидуальные погребения. Древний индоевропейский обычай курганных погребений, столь широко распространенный в бассейнах Вислы и Одера в эпоху бронзы (XVIII–XIV вв. до н. э.) у носителей лужицкой культуры, равно как и поморской, сохранился, но скорее как исключение. Среди оседлого населения Европы I тыс. до н. э. роскошь быть погребенным под курганом была доступна лишь княжеской знати.

Прямым следствием век от века возраставшего давления кельтов и германцев на западнославянскую общность Карпат и долины Вислы и отчасти бассейна Одера в V–II вв. до н. э. явилось то, что территория, занятая носителями подклошевой культуры (V–II вв. до н. э.), распространилась к востоку от бывших рубежей лужицкой метрополии и заняла верховья рек Припять, Западный Буг и Днестр.

Во II в. до н. э. на территории подклошевой культуры сложилась новая, пшеворская, культура (II в. до н. э. — V в. до н. э.) западнославянской общности. В то же время на Среднем Днепре и на значительной территории Волыни сложилась восточнославянская зарубинецкая культура (II в. до н. э. — I в. н. э.), явившая собой видимое свидетельство восточноевропейской ориентации славянства центра и севера Европы.

Тут следует вернуться назад и указать на то, что обряд трупоположения, время от времени встречавшийся в некрополях лужицкой и пшеворской культур, практически полностью отсутствовал у носителей поморской культуры. Это лишний раз указывает на прямую преемственность лужицкой и пшеворской культур и на инородный характер поморской культуры, носители которой подверглись долгому процессу смешения с носителями лужицкой культуры, трансформировавшейся при этом в продвинувшуюся на восток Европы подклошевую культуру (V–II вв. до н. э.) и вылившейся в две новые — восточнославянскую зарубинецкую и западнославянскую пшеворскую культуры.

Для понимания процессов, протекавших в славянском мире Европы на рубеже эр, необходимо внимательно рассмотреть мир Северной Европы (юг Скандинавии, Дания, север Германии, острова Готланд, Борнхольм и др.), являвшейся едва ли не с IV тыс. до н. э. колыбелью протогерманской общности континента.

С началом I тыс. до н. э. народы, населявшие юг Скандинавии, сумевшие в XVIII–VIII вв. до н. э. создать чудную культуру бронзы севера Европы, отошедшую от традиционного геометрического мотива орнамента индоевропейцев Евразии и заложившую традиции, несущие зачатки будущего северогерманского своеобразия, народы эти оказались на обочине европейской цивилизации эпохи начала и расцвета железного века (Гальштат, Латен). Население было весьма редко. Экономика в лучшем случае не развивалась. Металлургия севера Европы в I тыс. до н. э. отставала от металлургии центра континента (не говоря об Элладе и Апеннинах) на несколько столетий. Однако к концу I тыс. до н. э. на юге Скандинавии и на севере Германии наметились определенный прогресс в экономике и оживление в смысле роста численности и передвижений населения. В IV–II вв. до н. э. на юге Скандинавии были распространены обряд трупосожжения и урновые захоронения. Небольшие некрополи занимали возвышенные места в долинах рек с плодородной почвой.

Начиная с I в. н. э. в Скандинавии распространился биритуализм (и трупосожжение, и трупоположение). Важно отметить и то, что в сравнении с I в. до н. э. на юге Скандинавии заметно уменьшилось количество памятников. Тут уместно вспомнить и о повествовании хроники Иордана, поведавшего в VI в. н. э. о том, что готы под руководством короля Берига на рубеже эр переплыли на нескольких судах из Скандинавии в низовья Вислы. В самой Южной Скандинавии есть две провинции, чьи названия увязываются с повествованием Иордана. Интересно то, что на Остерготланде, так же как и на Вестерготланде, на рубеже эр отмечено значительное уменьшение памятников, а значит и населения.

Зато на севере Польши во II–IV вв. н. э. возникла вельбарская археологическая культура, носители которой — готы (германцы). Согласно данным Иордана готы прежде продвинулись на земли Скифии у Меотийского болота (Северное Приазовье), затем на Нижний и Средний Дунай, в Мизию, Фракию и Дакию и вновь на земли Скифии в Северном Причерноморье. При этом готы в III в. н. э. разрушили частично уцелевшее после вторжения сарматов государственное образование скифов, положив тем самым последний предел их более чем тысячелетнему владычеству (VIII в. до н. э. — I в. н. э.) в степях Восточной Европы.

В самой Скандинавии, исторической и культурной колыбели германцев, в эпоху позднего Рима (III–V вв. н. э.) появились богатые подкурганные погребения, содержащие облицованные деревом склепы и внешнее обрамление земляной насыпи (d = 20 м, h = 3 м) крупными камеями. В то же время простое население продолжало совершать погребения по обряду трупосожжения, но внешне грунтовую могилу украшали сооружениями из камня (стелы, круги, каменные насыпи). Подобные обычаи были распространены в Скандинавии от начала железного века до эпохи викингов (V–XIII вв. н. э.).

Наиболее древние круги из камней (в I тыс. до н. э.) в Скандинавии относятся к VI–V вв. до н. э. Важно и интересно отметить, что одновременно с появлением каменных кругов на юге Скандинавии (VI–V вв. до н. э.) подобные обычаи распространились и в среде носителей ясторфской археологической культуры (VI–III вв. до н. э.), занимавших территории северной части Центральной Германии, что может служить лишним подтверждением близости, а возможно, и исходного района для продвижения германцев в центр Европы на вытеснение кельтов из междуречья Рейна и Эльбы и славян — в бассейнах Эльбы и Одера.

Диаметр северогерманских каменных кругов достигает тридцати метров. В центре окруженной площадки находилась грунтовая яма, содержащая либо сожженные кости, либо тело покойного. Сама могила покрывалась камнем или низким курганом. Каменные курганы были плоские и в диаметре достигали от трех до десяти метров.

В Скандинавии известно более 1000 каменных кругов, и большинство их относится к 400–550 гг. н. э., то есть ко времени эпох великих переселений народов в Европе.

На острове Готланд в VI–III вв. до н. э. преобладало трупосожжение. Погребения перекрывались плоскими курганами с концентрическими кольцами из камня внутри насыпи. На рубеже эр концентрические каменные кольца получили повсеместное распространение на острове. Одно или несколько каменных колец окружали плоские курганы из камня. В I в. н. э. на Готланде получил широкое распространение обряд трупоположения под небольшим плоским курганом. Урны использовались на Готланде крайне редко. Во II–III вв. н. э. на Готланде соседствовали трупоположение и трупосожжение, и одновременно увеличился размер курганной насыпи. Вместе с тем на Готланде исчез обычай окаймлять погребения (курганы) кругами из камня.

В Ютландии (Дания), служившей естественным и извечным мостом германского мира севера Европы между материком и его скандинавской метрополией, в III–I вв. до н. э. безраздельно господствовал обряд трупосожжения и погребения в грунтовых могилах. Иногда некрополи содержали невысокие курганы. На юге Ютландии преобладали урновые захоронения. На севере полуострова над урновыми преобладали ямные погребения.

На острове Борнхольм на рубеже эр ямные погребения преобладали над урновыми. С I в. до н. э. в погребениях начало появляться согнутое оружие, а вместе в ним и все более частые трупоположения. Датские острова в римскую эпоху начали покрываться богатыми погребениями по обряду трупоположения с римским импортом. Особо богаты оружием данной эпохи захоронения на острове Борнхольм. Одновременно с богатыми трупоположениями продолжали хоронить скромно, по обряду трупосожжения со всегдашним инвентарем, состоявшим из традиционных фибул, ножей, бритв, колец, булавок и т. д.

Южная Скандинавия является областью абсолютного преобладания германских топонимов. Процесс встречи и смешения кельтского и германского миров, как было уже замечено, происходил во второй половине I тыс. до н. э. в междуречье Среднего Рейна и Эльбы.

Ясторф. Период А. Сосуды и другие изделия (по Швантесу)

Ясторф. Период В. Сосуды и другие изделия (по Швантесу)

Именно с середины I тыс. до н. э. германцы становятся археологически явственно ощутимы на севере и в центре Германии. Первой подлинно германской археологической культурой данных районов является ясторфская культура VI–III вв. до н. э., первоначальное распространение которой пришлось на область Нижней Саксонии. Цезарь указывал на эту территорию как на земли, занятые свевами.

На севере Германии особый интерес представляет район, лежащий между Нижней Эльбой и нижним течением реки Аллер (правый приток реки Везер), область между современными городами Гамбург, Бремен и Ганновер, имеющая название Люнебургской пустоши. Эта песчаная, чуть всхолмленная равнина содержит множество полей погребений, курганных некрополей, городищ и древних селищ. Расположенные тут же деревни Вессенштадт, Ясторф, Рипдорф, Зеедорф, в окрестностях которых были обнаружены поля погребений, дали имена целому ряду археологических культур. Памятники у деревни Вессенштадт датируются 800–700 гг. до н. э. Ранний период ясторфских памятников приходится на 600 гг. до н. э. Эта эпоха еще сохраняла обычай насыпать крупные курганы уходящего бронзового века. Памятники у деревни Рипдорф относят к 300–150 гг. до н. э., а у деревни Зеедорф — к 150 гг. до н. э.

Постепенно продвигаясь к югу, граница ясторфской культуры преодолела течение Аллера и достигла земель современного города Ганновер. Одновременно германцы, носители ясторфской культуры, все плотнее заселяли низовья Эльбы и параллельно смешивались с кельтским этническим субстратом в междуречье Эльбы и Рейна, перенимая при этом кельтскую культуру и воспринимая изделия кельтских мастерских. Среда германцев в низовьях Рейна и Эльбы наполнилась множеством латенских фибул, бронзовых сосудов, керамики, поясных пряжек, оружия. Искусство железной металлургии германцами ясторфской культуры было освоено около 300–150 гг. до н. э., при этом не обошлось без кельтского влияния.

В V–I вв. до н. э. (эпоха Латен) практически всюду на севере Германии — от устья Рейна до устья Эльбы— в прибрежных районах и на прилегающих к ним территориях была распространена единая археологическая культура. В 500–300 гг. до н. э. местное население проживало среди великолепных лугов и лагун побережья, являвшихся настоящим раем для скотоводства.

Однако вскоре начался период частых наводнений, и не пожелавшее расстаться с северогерманскими землями население принялось насыпать искусственные холмы под свои жилища и фермы. Жизнь на подобных холмах на севере Германии продолжалась вплоть до эпохи позднего Средневековья.

Тут следует сказать о том, что в области, расположенной между реками Везер и Аллер на севере, Тюрингским лесом на юге и течением реки Зале на востоке, представляющей громадный ромб в центре Германии, до начала I в. до н. э. практически не было представлено германское население. Широкая германизация данного района началась в эпоху римского владычества (I в. до н. э. — IV в. н. э.). Данные археологии говорят о том, что население этой территории в I тыс. до н. э. являлось непосредственным носителем культуры полей погребений, представители которой в XIII–VIII вв. до н. э. расселились на значительных территориях Европейского континента.

Район, ограниченный Везером, Аллером, Тюрингским лесом и Зале, не являлся территорией распространения ясторфской культуры северных германцев и не входил в область непосредственного распространения кельтского Латена IV–I вв. до н. э. Топонимы данной местности также отличаются от германских и кельтских. Мы помним о том, что культурным ядром эпохи полей погребений являлась лужицкая культура бассейна Одера, Вислы и Верхней Эльбы (Лабы), в дальнейшем трансформировавшаяся в славянские культуры I тыс. до н. э. — I тыс. н. э. Этнические и культурные корни населения I тыс. до н. э. в пределах громадного ромба в центре Германии восходят к эпохе экспансии носителей культуры полей погребений, а значит, и к протославянской общности центра Европы.

К северу от реки Аллер, к востоку от Люнебургской пустоши, находится современный природный парк Эльбуфер-Дравен, название которого сохранило имя западнославянского народа дравенов. К востоку от Эльбы во второй половине I тыс. до н. э. жили многочисленные, исторически засвидетельствованные славянские народы, объединенные общим именем полабских[22] славян. Однако речь о них впереди, ибо этот вопрос заслуживает особого внимания и глубокого изучения.

Письменные источники начинают говорить о германцах со II в. до н. э., когда впервые явственно обозначилась их угроза динамично расширявшему рубежи, ещё полному сил и далеко не достигшему вершины могущества Риму. Именно во II в. до н. э. практически все кельтские поселения Европы окружили себя поясом укреплений. В этом не последняя роль принадлежала вплотную подошедшим к кельтским рубежам германцам. Начиналась смертельная схватка молодого германского, одряхлевшего кельтского и энергично развивавшегося, зрелого латинского миров, окончившаяся семь столетий спустя эпохой великих переселений народов Европы, а попросту говоря, триумфом германского мира и его победным шествием по погрязшим в роскоши городам и провинциям Западно-Римской империи.

Последние века до нашей эры ознаменовались широким продвижением германцев на юг, от берегов Балтики к верховьям Дуная. Вышедшие во II в. до н. э. с севера полуострова Ютландия (Дания) германцы, называвшие себя кимврами и тевтонами, вступили в борьбу с кельтами бойями, занимавшими земли исторической Богемии (Чехия). Далее германцы вторглись на север Апеннинского полуострова. Однако могучий Рим разгромил в 102 г. до н. э. тевтонов и в 101 г. до н. э. кимвров.

В IV–II вв. до н. э. на территориях, занятых германцами, значительно увеличилось число богатых курганных погребений знати. В 58 г. до н. э. Цезарь разгромил вождя свевов (германцы) Ариовиста уже на территории Галлии. Вместе с тем германцы настойчиво пытались овладеть землями к югу от Карпат, в Чехии, но успешно сдерживались местным населением.

В I в. н. э. сложился Германский союз маркоманов[23] в центре Европы, где в 166–180 гг. н. э. произошла Маркоманская война, в которой Риму противостояли объединенные силы германцев и сарматов (иранцы). Несмотря на то что германцам и сарматам удалось прорваться на север Апеннин, война с Римом закончилась договором, восстановившим довоенные границы империи.

Военная машина римлян на рубеже эр вышла на линию по Дунаю и Рейну, которая и явилась естественной границей империи.

Императоры Траян (98–117), Адриан (117–138) и их последователи пошли на огромные затраты, возводя могучий оборонительный вал, включавший опорные пункты сосредоточения армии и множество крупных и мелких крепостей, укрепленных лагерей, отдельных укреплений, нередко впоследствии ставших значительными городами современной Европы.

Наиболее широкое повествование о германцах римской эпохи содержит сочинение Тацита «Германия». Ко II–III вв. н. э. относится множество германских рунических надписей, запечатленных на украшениях, оружии, камнях. Впрочем, вопрос письменности и используемых в ней знаков у германцев, славян и иных индоевропейских народов Евразии настолько значителен, что заслуживает отдельного рассмотрения и внимательного анализа.

Продвижение германцев в Европе не ограничилось лишь западным и южным направлениями и во многом затронуло земли центра и востока Европы.

Мы помним, что подклошевые погребения (V–II вв. до н. э.) вместе с продвигавшимися к востоку славянами на рубеже эр широко распространились в землях Полесья и Волыни, что явилось прологом рождения восточнославянской зарубинецкой культуры Среднего Поднепровья (II в. до н. э. — I в. н. э.), восполнившей брешь в среде оседлого славянства востока Европы, в VIII–VII вв. до н. э. в значительной степени оттесненного иранцами (скифы) в леса Западной России.

В то же время во II в. до н. э. — III в. н. э. на Нижней Висле и на землях к северу от реки Варты и к востоку от устья Одера распространилась оксывская археологическая культура. Ее население испытывало значительное влияние Латена, располагало множеством оружия и перешло от обряда трупосожжения к преобладанию обряда трупоположения. Принадлежность носителей оксывской культуры всегда вызывала много споров. Тацит говорит о том, что на востоке балтийского побережья в первые века нашей эры жили венеды, а венедами германцы называли славян. Однако нельзя не обратить внимания на то, что многие изделия из металла, принадлежащие оксывской культуре, имеют аналоги на Готланде, Борнхольме и на юге Скандинавии.

Основа населения — носителя оксывской культуры формировалась из смешения населения поморской и лужицкой культур, взаимная трансформация которых и дала южнопольскую подклошевую и северопольскую оксывскую культуры со значительным представительством германского этнического элемента (особенно на севере в оксывской культуре), но всё же с явным преобладанием гораздо более многочисленного и имеющего глубочайшие корни в центре Европы и на южном побережье Балтики славянского населения.

Связи населения оксывской культуры с населением островов Готланд и Борнхольм, полуострова Ютландия (Дания) и юга Скандинавии не могли не быть крайне тесными, ибо с VII в. до н. э. северогерманский этнический элемент начал широкое проникновение не только на побережья Балтики и Северного моря, между устьями Рейна и Эльбы, и не только на пески и холмы Люнебургской пустоши под Гамбургом, но и в устья Вислы и Одера, где ему пришлось столкнуться со славянскими представителями лужицкой культуры. Именно это фронтальное наступление германцев, носившее характер могучего шквала, буквально обрушившегося на все южное побережье Балтики, от устья Рейна на западе до устья Вислы на востоке, и породило поморскую культуру на севере Польши и ясторфскую культуру на севере Германии, причем время рождения обеих культур приходится на один и тот же VII в. до н. э. Население поморской и оксывской культур являлось смешанным славяно-германским.

Примером ассимиляции славян германцами является история полабских славян, ведших в течение VIII–XIII вв. н. э. беспрерывные войны с германцами за независимость и все же к XVIII в. практически ассимилированных германцами. И хотя историческая область Лужица (район города Дрездена) сумела сохранить к рубежу XIX–XX вв. несколько десятков тысяч этнических славян — лужичей, а земля Восточной Германии буквально испещрена славянскими топонимами, факт ассимиляции остается фактом. Однако к востоку от Одера германское этническое, культурное и языковое начало никогда возобладать над славянами не могло.

С другой стороны, влияние германцев и кельтов на славян всегда было достаточно велико, но именно там, где это влияние оканчивалось, и пролегла граница между мирами западного и восточного славянства Европы.

Высадившиеся в устье Вислы на рубеже эр новые германские пришельцы получили в истории наименование готов и гепидов. Именно они оставили на севере Польши археологическую вельбарскую культуру II–IV вв. н. э. Иордан в хронике «О происхождении и деяниях готов» (551 г. н. э.) говорит о том, что готы и гепиды на трех кораблях приплыли из Скандинавии и высадились в устье Вислы. При этом германцы были вынуждены именно подчинить местные народы. Население, которое пришлось подчинять готам, и было носителем оксывской культуры, родство которого с германцами было весьма условно. Далее Иордан повествует о том, что, когда готское население Нижней Вислы значительно возросло, войско готов, сопровождаемое семьями, двинулось в поход, конечным пунктом которого оказалась страна Ойум (так ее называли сами готы), расположенная в степях юга России. Археология отмечает многочисленные свидетельства продвижения на юго-восток от Нижней Вислы предметов оксывской и вельбарской культур. Многие предметы вельбарской культуры встречены на Волыни, однако, конечным пунктом движения представителей обеих культур Нижней Вислы были обширные степные районы Северного Причерноморья, где во II–IV вв. н. э. возникла громадная многоэтническая черняховская археологическая культура.

Важно иметь в виду и то, что низовья Вислы и Одера в римскую эпоху являлись крупнейшими поставщиками янтаря. По руслам Одера и Вислы через Моравские ворота Карпат на юг Европы текли в буквальном смысле янтарные реки. Выгоды обладания столь прибыльным промыслом, как экспорт янтаря, весьма привлекали германцев на берега польской Прибалтики. Во многом этим объясняется общность керамики Силезии (Польша) и севера Ютландии (Дания), где расположена область Vendsyssel.

Переплетение германского и славянского начал на юге Балтики на рубеже эр было весьма глубоким, и если в I тыс. н. э. история и археология фиксируют славянские поселения и даже целые города на острове Рюген и повсюду в междуречье Эльбы и Одера, то на Волыни и в Полесье обнаруживают следы готов и гепидов.

Третьим крупным этническим началом на севере Польши были балты, непосредственные преемники носителей культуры шнуровой керамики на рубеже III–II тыс. до н. э. В эпоху исторических хроник Средних веков в бассейне Немана фиксируются балтские народы пруссов, куршей, ятвягов (судавов), также оказывавших определенное влияние на культуры низовья Вислы и Одера.

Говоря о востоке Балтийского моря, Тацит упоминает об эстиях, предках современных эстонцев.

Однако вернемся к славянам и путям их исторического и культурного развития на рубеже эр и в начале I тыс. н. э.

Во II в. до н. э. славяне, носители зарубинецкой культуры, заняли земли на правом высоком берегу Днепра между устьями рек Тетерев и Рось. Отдельные группы славян заняли земли в устье реки Горынь (район города Давид-Городок) и на правом берегу Днепра (в районе города Речицы, ниже устья реки Березины). Отдельные поселения славян расположились на берегах рек Сейм и Сула, а также в верховье реки Южный Буг.

В основе сложения этнического состава носителей зарубинецкой культуры II в. до н. э. — I в. н. э. в первую очередь лежит западнославянское начало (лужицкая, подклешевая, пшеворская культуры), однако в состав восточнославянской общности также вошли остатки оседлого населения восточноевропейской лесостепи, являвшиеся потомками в значительной мере оттесненных в леса и болота Белоруссии носителей белогрудовскои и чернолесскои культур XII–VII вв. до н. э., смешавшихся с представителями балтской общности северо-востока Европы.

Часть оседлого земледельческого населения белогрудовскои и чернолесскои культур смешалась со скифами и составила ту историческую общность Среднего и Нижнего Поднепровья, о которой Геродот говорит как о скифах-пахарях, сколотах и борисфенитах. Именно сколоты (скифы-пахари), сидевшие по берегам Борисфена (Днепра), во многом обеспечивали своим хлебом благоденствие черноморских городов греков.

В IV в. до н. э. скифы создали целостное государство в степях Северного Причерноморья со столицей в городе Неаполь Скифский (окраина современного Симферополя) и фактически сами являлись гарантом бесперебойного поступления хлебных транспортов, шедших руслами Днестра, Южного Буга, Днепра и Дона в греческие города в их устьях — Тиру, Ольвию, Танаис. Сложение трех начал: западнославянского, северного балто-славянского и степного славянско-скифского (сколоты) — и явилось основой зарубинецкой культуры II в. до н. э. — I в. н. э., хотя преобладающей составляющей зарубинецкой культуры все же было западнославянское начало. Это прямое следствие описанного начальной летописью германского и кельтского давления на славян в центре Европы.

На среднем этапе развития зарубинецкой культуры значительно увеличилось число поселений в уже занятых культурой районах и появился ряд новых: на левобережье Среднего Днепра и в нижнем течении Десны. Следует отметить, что влияние культурной традиции Латена не обошло носителей зарубинецкой культуры, которые не были изолированы от непосредственных контактов с кельтами, чьи поселения располагались в Западной Галиции. Нельзя не вспомнить и о том, что в I тыс. до н. э. значительные группы фракийского населения Нижнего Дуная и определенный элемент иллирийской общности Балкан продвигались в район украинской Подолии, где смешивались с носителями белогрудовскои и чернолесскои культур XII–VII вв. до н. э.

На раннем этапе зарубинецкой культуры в Среднем Поднепровье возникло значительное число мысовых поселений, которые вскоре были укреплены земляными валами и рвами. Вершины холмов были увенчаны центральным укреплением, а склоны холма по периметру были охвачены валом и внешним рвом. На валу сооружался частокол. На окруженной укреплением площадке располагались жилые и хозяйственные постройки, обычно небольшого размера и обязательно с очагом. Кроме того, носители зарубинецкой культуры жили в незащищенных поселениях, расположенных в поймах рек. В бассейне Припяти, среди густых труднопроходимых лесов Полесья, были распространены исключительно пойменные поселения.

Могильники размещали в непосредственной близости от поселений. Господствующим был обряд трупосожжения и погребения праха в неглубокой яме. Есть незначительное число урновых погребений. Над могилами устанавливались знаки, остатки которых сохранились в виде столбовых ям над погребениями.

Керамика зарубинецкой культуры изготавливалась вручную. Помимо местной посуды на поселениях было распространено незначительное количество греческой, римской, а в Полесье и кельтской керамической посуды.

Население зарубинецкой культуры главным образом было занято земледелием. В торфяных болотах Полесья найдены деревянные рала той эпохи, хорошо приспособленные для вспашки легких земель пойменных долин. Системой земледелия у славян, как и у германцев, служил описанный Тацитом перелог: «они ежегодно меняют пашню <…> и не прилагают усилий, чтобы умножить трудом плодородие почвы». Выращивались просо, ячмень, пшеница. Широкое распространение ржи приходится на расширение парового земледелия. Повсеместно была распространена репа. Выращивались также конопля и лён.

В среде ремесленников зарубинецкой культуры были распространены все те же секреты данной эпохи, что и в центре Европы. Металлургия, ювелирное искусство, ткачество были весьма развиты.

Торговые контакты с городами Черноморья обеспечивали поступление на Средний Днепр значительного потока античных украшений, керамики и монет. В скифских городищах Нижнего Поднепровья обнаружена керамика зарубинецкой культуры. Это указывает на то, что восточные славяне II–I вв. до н. э. торили дорогу легендарному торговому пути из варяг в греки VIII–XII вв. н. э., тем более что город Византия уже развивался в VI в. до н. э. и во II в. до н. э. являлся важнейшим контрольным пунктом в торговых связях Эллады с востоком Европы.

На рубеже эр значительные группы сарматского населения продвинулись на Правобережье Днепра. Прямым указанием на приближение очередной грозы из ковыльных степей Среднего Причерноморья является повсеместное сооружение оборонительных систем на старых и на вновь появлявшихся поселениях зарубинецкой культуры. О серьезности приготовлений восточных славян I в. до н. э. к отражению набегов с юга говорят подсыпки старых валов новым грунтом, которые, в свою очередь, уже содержат наконечники сарматских стрел.

Около середины I в. н. э. славяне Среднего Поднепровья, носители зарубинецкой культуры, пережили катастрофу, результатом чего явилось рождение позднезарубинецкой археологической культуры I–II вв. н. э., а на практике означало значительный отток сельскохозяйственного населения правого берега Среднего Днепра, жившего между устьями рек Тетерева и Роси, в бассейн среднего течения Десны и в верховья Сейма, Пела, Ворсклы и Север-ского Донца. Причиной оттока населения из района современного Киева явилось то, что укрепления городищ восточных славян I в. н. э. не сумели защитить от стрел иранских кочевников мирное сельскохозяйственное население.

Отдельная группа носителей позднезарубинецкой культуры I–II вв. н. э. заняла земли в долине реки Соб при впадении ее в Южный Буг.

А западные славяне II в. до н. э. — V в. до н. э., носители пшеворской культуры, расположенной в верхнем и среднем течении Вислы, Одера, Западного Буга и частично в верховьях Тисы, Днестра и Припяти, в I в. н. э. развивались достаточно спокойно и стрел степняков валы их городищ тучами не принимали. Интересно, что в верховьях Днестра и на западе Волыни в I в. н. э. население пшеворской культуры восприняло значительный элемент зарубинецкой культуры, носители которой, восточные славяне Среднего Поднепровья, уходили от сарматских набегов не только на восток, но и на запад. Тут же, на западе Украины, происходило смешение населения пшеворской культуры с представителями фракийской общности Европы.

В конце II в. н. э. славянское население запада Волыни и По-долии в значительной степени оказалось вытесненным или погибло, и связано это с продвижением германцев-готов, носителей вельбарской культуры II–IV вв. н. э., из районов Нижней Вислы в страну Ойум, расположенную на севере от Меотийского болота (Азовского моря). Ряд поселений пшеворской культуры II в. н. э. на западе Волыни и Подолии перекрыт слоем вельбарской культуры, что указывает на долговременный характер перемещения готского войска, обремененного, согласно Иордану, семьями, на юго-восток от Балтики. Однако в бассейне Верхнего Днестра славянские памятники II–III вв. н. э. остались нетронутыми ни готами, ни сарматами. Тут исчезло влияние фракийского мира (липицкая культура I–II вв. н. э.), зато распространилась провинциально-римская культура, выразившаяся в поступлении широкого потока амфор, металла, орудий труда, украшений, типичных для граничащих с римским рубежом по Дунаю и Рейну областей.

Следует упомянуть о том, что в III в. до н. э. значительное число кельтских поселений было расположено в Закарпатье, в верховьях реки Тисы. Около 60 г. до н. э. большинство кельтских оппидиумов, концентрировавших в себе металлургию и иные отрасли производящей экономики эпохи позднего Латена, погибли, как и множество иных кельтских центров в Европе вообще. В верховьях Тисы (Закарпатье) непосредственными виновниками гибели кельтской культуры являлись фракийцы-даки, объединенные царем Буребистой. Результатом фракийских завоеваний в Карпатской котловине (Венгрия, Словакия) явилось сложение кельто-фракийского культурного пласта.

В Закарпатье лаками была основана крепость над Тисой (район села Малая Копаня).

На землях Западной Украины, к востоку от Карпат, первые кельтские памятники относятся к первой половине IV в. до н. э. В III–II вв. до н. э. в Прикарпатье и в Северном Причерноморье появились германские народы, сумевшие пробиться от берегов Балтики к центру континента. Источники говорят о германцах-бастарнах и скирах (культура Поянешти-Лукашевка II–I вв. до н. э.) в бассейне Среднего Днестра. Подобное значительное вторжение в бассейн Днестра и Прута кельтов и германцев в IV–II вв. до н. э. стало возможным благодаря ослаблению некогда могущественного скифского государства, располагавшегося в степях между Днестром и Доном. Восточные соседи скифов — сарматы, прежде занимавшие территории Нижнего Поволжья и юга Урала (так же, как и скифы, принадлежавшие к иранской общности Евразии), к III в. до н. э. значительно продвинулись к западу и подорвали самые основы скифского могущества на юге Восточной Европы.

Во II–V вв. до н. э. на Среднем Днепре (район Киева), на Десне (район Чернигова), в излучине Днепра у города Рогачева (Гомельская область), в среднем течении реки Десны, в верховьях рек Сейм и Сула возникли селения земледельцев и скотоводов киевской археологической культуры.

Традиции домостроения данной культуры близки зарубинецким памятникам рубежа эр. По-прежнему господствующим обрядом погребения было трупосожжение на стороне и помещение праха в неглубокие ямы округлой формы, чего в прежних культурах данного региона не наблюдалось. Среди монет, встреченных на поселениях киевской культуры, бронзовые монеты римского императора Геты (209–212 гг. н. э.), Феодосия I (379–395) и денарий II в. н. э. Областями, наиболее богатыми импортом на территории распространения киевской культуры, являлись районы Киева, Чернигова, Рогачева и верховья Сейма в районе города Курска.

Этнически носители киевской культуры II–V вв. до н. э. в основе своей имели зарубинецкое восточнославянское население Среднего Поднепровья. Однако во II в. н. э. продолжались процессы продвижения западнославянских народов на восток Европы, и их этническое начало, безусловно, влилось в состав населения киевской культуры. Одновременно шёл процесс взаимного проникновения славянского и северного балтославянского населения, что также не могло не сказаться на известном своеобразии киевской культуры.

Во II–V вв. до н. э. на громадной территории, западной границей которой условно служила река Прут, южной — северо-западное побережье Черного моря, северной — леса Полесья и река Сейм, а восточной — верховья Северского Донца, расцвела черняховская культура, являющаяся наиболее ярким проявлением восточноевропейского смешения народов, культур и языков. В древнерусском поэтическом произведении «Слово о полку Игореве», воспевшем поход северских князей в степь (1185), автор говорит о «веках траяновых» как о времени наибольшего процветания славян на востоке Европы.

Во II в. н. э. улеглись потрясения, связанные с продвижением к западу от Днепра сарматов, и одновременно прочно установились рубежи Римской империи. В низовьях Дуная и его левого притока реки Прут восточнославянский мир практически сомкнулся с провинциями империи. А на равнинах Северного Причерноморья отсутствовали всегдашние в этих местах степные хищники. Скифы тихо доживали в своих городищах некогда славную историю, а сарматы, быстро поняв выгоды нового положения, частью продвинулись в центр Европы, а частью занялись мирным скотоводством в степях на водоразделе между Днепром и Днестром. Продвижение германцев на юг Восточной Европы постепенно шло на убыль. Так складывалась уникальная возможность для юга Восточной Европы в установлении устойчивых торговых отношений между экспортерами хлеба бассейнов Днестра и Днепра и южными импортерами предметов античного искусства и материальной культуры Эллады и Апеннин.

В основе этнического состава носителей черняховскои культуры II–V вв. до н. э. лежали все вышеперечисленные народы, продвигавшиеся на юг Восточной Европы на рубеже эр. В первую очередь это, безусловно, восточнославянская общность Среднего Поднепровья, верховьев Южного Буга и запада Волыни, затем славяне западнославянской группы (пшеворская культура).

В состав носителей черняховской культуры, без сомнения, вошли германцы и определенный элемент фракийской общности и конечно же скифы и сарматы. Экономические и торговые условия развития и ведения хозяйства на территории черняховской культуры были настолько выгодны, что различные этнические группы Восточной Европы охотнее занялись созиданием, нежели войной и попытками вытеснения соседей. Огромное количество монет IV–V вв. до н. э., происходивших из различных центров Римской империи, буквально усеяли территорию, занятую черняховской культурой. Громадное количество амфор с содержавшимися в них винами юга Европы буквально наводнили берега Прута, Днестра, Южного Буга и Днепра. Массы различных товаров поступали на пространства юга Восточной Европы во II–V вв. до н. э. в обмен на столь же громадные, шедшие в устья рек горы зерна, меха, шкур.

В 375 г. н. э. Волгу перешли гунны — народ, не принадлежавший индоевропейской общности Евразии и ведший свое происхождение из недр Восточной Азии, из недр тюркского мира континента. Последствия вторжения гуннов на юг Восточной Европы были таковы, что практически в одночасье пересеклись археологические культуры восточных славян — киевская и её северо-восточная соседка колочинская культура, имевшая в своей основе балто-славянское население, черняховская и даже западнославянская пшеворская культуры. Кроме того, в начавшейся на востоке Европы сумятице погибли давние балто-славянские культуры лесной полосы запада России. Однако первыми, кто принял на себя тяжесть удара дикой гуннской степной стихии, оказались восточные готы Северного Причерноморья, путь которых отныне пролегал только на запад, в пределы Римской империи.

Продвижение готов в центр и на запад Европы, вторжение гуннов, остановить которых удалось лишь на северо-востоке Франции в 441 г. н. э. благодаря нанесенному им войсками Западно-Римской империи поражению, настолько расшатали громадный и без того едва сдерживавший на дунайско-рейнской линии поток германцев и славян организм империи, что он не выдержал напряжения и рухнул.

Гул от падения Рима отдавался в Европе долгие столетия, и время это получило название «темных веков Средневековья». Центром культуры с падением Западного Рима стал Рим Восточный, названный по имени одного из императоров Константинополем, а на самом деле являвшийся греческим городом Византией.

С падением рубежей Римской империи началась эпоха «великих переселений народов», суть которой свелась к занятию германскими народами возделанных, изобилующих дорогами, благоустроенными городами земель современных Италии, Франции, Британии, Испании и частично севера Африки (район поверженного Римом Карфагена). Славяне же заняли значительные территории центра Европы и Балкан, вплоть до полуострова Пелопоннес на юге. Начиналась новая эпоха в истории Евразии — эпоха Средних веков.

Громадные пространства, занятые славянами в V–VIII вв. н. э., оказались охвачены новой археологической культурой Прага-Корчак и Прага-Пеньковка, вбиравшей районы Верхней и Средней Эльбы, Одера, Вислы, значительные районы Среднего и Нижнего Дуная, междуречье Днестра и Днепра и значительные по площади районы на Средней Десне и в верховьях Северского Донца. Этническая принадлежность носителей культуры Прага-Корчак как славянская и даже эталонно-славянская — общепризнанна, однако происхождение охватившей столь значительные территории центра и востока Европы культуры является предметом множества споров и догадок. Прояснению этого вопроса, как уже, наверное, и догадался читатель, во многом и посвящена настоящая книга.

Энциклопедия Нижнего Новгорода

yournif — Thu, 01 May 2014 07:16:29 GMT

Материал из Энциклопедия Нижнего Новгорода

Мордва (мордовцы), самоназвания мокша, эрзя, шокша, каратаи, терюхане — экзоэтноним, относимый к двум родственным финно-угорским народам волжско-пермской подгруппы мокша и эрзя, проживающим в Российской Федерации.
Народ численностью 1150 тыс. чел. Основные страны расселения: Российская Федерация - 1073 тыс. чел., в т.ч. Мордовия - 313 тыс. чел.

[править] Суть явления

В количественном отношении в начале XX века эрзя примерно в 3 раза превосходила мокшу. В настоящее время более точное соотношение по переписям определить затруднительно, так как представители обоих субэтносов ассоциируют себя в основном с мордвой. Но, по мнению мордовских учёных, это соотношение осталось таким же. Венгерские же учёные пришли к выводу, что вследствие процессов русификации и интернационализации к 3400 году мордва, как, впрочем, и другие угро-финские этносы, исчезнут вообще.

[править] Мордва: "эрзяне" + "мокшане"

Эрзяне и мокшане — или эрзя и мокша, как они называют себя сами — два соседних фино-угроских народа, никогда не составлявших единой нации. «Мордва» - собирательное название, присвоенное этим двум народам русскими: возможно, так было удобнее учитывать и контролировать поволжских фино-угров, возможно, православным монахам и священникам — а именно они несли регистрирующую и социологическую функцию в русском Средневековье — просто неизвестно было о том, что это не один народ, а два.
В любом случае, отношения эрзян и мокшан между собой трудно назвать полностью безоблачными. Остроты им придает то, что мокша — объективно более многочисленный народ, расселенный, к тому же, по реке Суре, где находится и столица Мордовии Саранск. Исторически, таким образом, Мордовия действительно оказывается более мокшанской автономией, чем эрзянской.
В своем обращении к депутату ПАСЕ от Эстонии Катрин Сакс группа эрзянских активистов приводит некоторые факты, касающиеся притеснений эрзян со стороны русских и мокшан. Так, авторы петиции обращают внимание на положении дел в системе образования: в меньшинстве школ и детских садов изучают эрзянский язык, мокшанскому тоже уделяется недостаточно внимания. Почти везде уроки родного языка имеют факультативный характер, что, по мнению активистов, свидетельствует о попытках принудительнро русифицировать оба народа.
«Неизмеримый урон перспективе эрзя-народа наносит сокрытие его многовековой истории. - продолжают авторы обращения. - До сих пор не создан полноценный, рассказывающий правду учебник по истории Эрзя и Мокша народов для школы. Имеющиеся книги «Родиноведение» (коллектив авторов) и «Мир истории» (В.Юрченков) не выдерживают никакой критики».
Основная причина падения престижности эрзя языка — невостребованность, отсутствие государственной политики сохранения культур национальных меньшинств, делают вывод эрзянские интеллигенты. Все службы Мордовии работают на русском языке, делопроизводство на родных языках (вполне литературных) не ведется — это основной символ неравноправия народов Федерации, по мнению эрзянских активистов.
Недовольны эрзяне и некоторыми другими аспектами жизни в республике: так, в Мордовии выходят лишь 4-5 изданий на эрзянском языке, по телевидению передачи на эрзянском крайне непродолжительны (3,5 часа в неделю). Издательства Мордовии выпускают лишь единицы наименований книг на родных языках республики. Все это, по мнению национальной интеллигенции, грозит скорой гибелью народа как идентичности — отчасти, последней отчаянной попыткой защититься от этого и служат разговоры о собственной автономии.
Похожие процессы наблюдаются и в других республиках России. Дело в том, что национальные республики, как один из артефактов ленинской – а на деле, сталинской – национальной политики, объединили соседние – часто довольно враждебные друг другу – народы. В наши дни такое административное деление сопровождается склоками между двумя «образующими республику» народностями. Так, все лето в Москве протестовали старейшины балкарских родов, протестующих против захвата всей полноты власти в Кабардино-Балкарии кабардинцами.
Симптоматично также и то, что к своей национальной идентичности граждане РФ обращаются в ситуации, когда ничего больше поделать просто невозможно. Попытка эрзян – своего рода последняя соломинка, надежда людей на то, что порочное государственное устройство вокруг них рухнет, если добиться национальной автономии.
Надежды эти не беспочвенны. Как минимум, два примера хорошей жизни, выстроенной на основе национальной идентичности, в РФ существуют. Это Татарстан, где стандарты жизни куда выше общероссийских и вплотную приблизились к европейским, и Чечня, которая не может похвастаться уровнем жизни, но зато гордящаяся абсолютной защищенностью своих жителей перед лицом российских законов.
Другой вопрос – смогут ли немногочисленные эрзяне добиться такого же градуса автономии, как татары и чеченцы. Но важно попробовать. Вполне возможно, что истинный федерализм в конце концов принесет России куда больше пользы, чем вреда.

[править] Описания мордвинов
"... всё это по большей части народ крупный, высокого роста, видимо, хорошо питающийся, здоровый, с открытым и чистым лицом, смелым взглядом, с свободными, непринуждёнными движениями"
Н. Оглоблин "В Мордовском крае" (1899)

[править] Элементы заратуштрийской религии (персидские огнепоклонники) в мордовской народной религии

Названием «мордва» объединены два близких финно-угорских народа – мокша и эрзя. Большинство современной мордвы православные, однако, сохранились некоторые легенды об их традиционной религии, которые позволяют в общих чертах восстановить её.
Известно, что предки финно-угорских народов в древности занимали обширные территории от лесных районов Поволжья и Прикамья до Урала, где контактировали с иранцами, из-за чего в мордовской лексике представлен определённый слой ранних и поздних иранизмов.
Наряду с древнейшими иранскими заимствованиями в мордовских языках обнаруживаются лексические заимствования из иранского языкового источника более позднего периода: эрзя vaz, мокша vaza – ягноб. wsa «телёнок», осет. ws; эрзя ime «цепь», мокша im «верёвка» – ср. осет. rtn «толстая верёвка», ново-перс. resen, rasan «верёвка»; эрзя purtsos, мокша purts «свинья» – ср. хотано-сакск. p’sa «свинья», курд. purs и т. п.
Всё это позволяет предполагать о связях предков мордвы с иранцами. На основании имеющихся данных можно предположить, что некоторые черты традиционной религии мордвы сформировались под воздействием учения Заратуштры.
Как известно, основой учения Заратуштры является вера в существование Ахура-Мазды и Аримана. Ахура-Мазда – Создатель Мира, источник Добра и Света, Порядка и Истины, Ариман – Разрушитель Мира, источник Зла, Тьмы, Холода и Скверны. Достичь победы Добра в мире можно через добрые мысли, слова и дела, и почитая стихии – Воздух, Воду, Землю и особенно Огонь, как символ жизненной силы, которую Создатель вдохнул во Вселенную.
После смерти душа человека три дня пребывает рядом с ним, а затем подвергается суду на мосту Чинват над огненной рекой.
По традициям заратуштрийцев, труп – сакрально нечист, обладает оскверняющей силой, разносимой дэвом насу и поэтому не может быть сожжён, утоплен или похоронен в земле, поскольку это вызовет осквернение стихий. Для этого заратуштрийцы соблюдали специальные погребальные обряды с выставлением трупов в закрытых или открытых погребальных сооружениях. У восточных иранцев соблюдалась традиция построения закрытых постройках для покойных: аланы строили для этой цели «дома мёртвых», согдийцы и хорезмийцы – склепы для хранения оссуариев.
Сравнивая учение Заратуштры и народные верования мордвы можно найти сходство между ними.
Согласно мордовской традиционной религии, весь видимый и невидимый мир создал единый Бог. Эрзя называли его Чам-Пас («Верховный Бог»), мокшане – Шкай («Творец»). Он не имеет ни начала, ни конца; видеть его нельзя и от него происходит одно только добро. Творцу противостоит Шайтан, породивший злых духов и всячески старающийся испортить каждое творение Бога. Наименование отрицательной сущности пришло к мордве из ислама.
Среди животных, сотворённых Чам-Пасом, следует отметить собаку, считавшуюся благим животным. Сходный мотив присутствует и в Благой Вере, где собака считается одним из творений Ахура-Мазды.
Для совершения молений на роль жрецов раз избирались несколько уважаемых стариков ате-покш-тей («добрые люди»). Для жрецов было характерно особое одеяние белого цвета, как и для служителей Ахура-Мазды. Прявт («голова») – старший из предстоявших на молитве – во время ритуала разжигал огонь и зажигал священный штатол («восковая свеча»).
Мордовцы, как и иранцы-заратуштрийцы, хоронили покойника через трое суток после смерти. Считалось, что в течение первых трёх дней душа умершего находится рядом.
Вскоре после смерти тело умершего обмывали. Для этого приглашали специальных людей – экшилицят (э.), эшеляйхть (м.) – обмывальщиков». Обычно обмывальщиками бывают пожилые люди. Молодые люди не должны заниматься этим из-за опасности осквернения при соприкосновении со смертью. Все эти представления сходны с представлениями о заратуштрийских служителях мёртвых – насасаларах.
Есть основания полагать, что у мордвы в прошлом существовало надземное захоронение. Упоминание об этом встречается в сказке «Дуболго Пичай». В архивах есть сведения о том, что мордовцы оставляли покойника в «доме мёртвых» – небольшом четырёхугольном бревенчатом срубе. Такие захоронения и сейчас встречаются в некоторых мордовских селениях. До недавнего времени у мордвы практиковалось и воздушное захоронение. Так, у эрзи сёл Сабаево и Давыдово Кочкуровского района Мордовии умерших в гробу подвешивали на деревьях.
В погребальных обрядах мордвы чётко прослеживается мотив избегания соприкосновения со cмертью, сходный с заратуштрийским. Щепки и обрезки досок от гроба, посуду, из которой обмывали умершего, сор, выметенный из избы после выноса покойника – всё это считалось сакрально нечистым, поэтому уносилось в особое место. Опасной считалась и могильная земля. Вернувшиеся с кладбища участники похорон старательно вычищали землю из обуви. Придя с кладбища, участники похорон мыли руки перед крыльцом, не заходя в дом, и посещали баню. Было также распространено верование в очистительную силу огня. Так, в селе Старая Шентала Шенталинского района Самарской области во время поминок во дворе разводили костёр, чтобы очиститься от соприкосновения со смертью.
С XVI в. среди мордвы начинает распространяться православие. Носители традиционной религии так и не сформировали централизованной религиозной системы и священных книг, без чего невозможно сохраниться в той или иной степени в условиях внешнего давления других религий. Традиционная религия стала постепенно забываться. И хотя отдельные энтузиасты в настоящее время пытаются возродить её, отсутствие письменной фиксации учения мешает её полному восстановлению.
В отличие от народной религии – культа сугубо этнического, учение Ашо Заратуштры, проповедуя сходные ценности, смогло сформировать религиозную систему и сохраниться в течение более чем 3700 лет даже во враждебном окружении и стать религией, открытой для любого, кто желает её принять.

"Литературная Россия", №13. 30.03.2007. УРАГАН НА ВСЕХ ПУТЯХ
В последние годы многих не покидает ощущение того, что жизнь меняется. Меняется быстро и неумолимо. Мало того, колесо перемен ускоряет свой бег. Однако существует всё-таки что-то, составляющее перекличку эпох и скрещение исторических судеб. Максимилиан Волошин как-то написал:

Поэт-мыслитель прав, усматривая за сменой вывесок неменяющуюся суть. Хорошо ли это или плохо – другой вопрос, но неизменный стержень составляет основу истории российской цивилизации.
Россию часто именуют империей, считая её недобрым началом в истории. Вспомните ленинское «тюрьма народов» или рейгановское «империя зла». Недавно неизвестный автор одной газетёнки, выпускаемой в Саранске, написал: «Россия же, которая десятилетия ратовала за разрыв колониальных цепей, продолжает оставаться типичной колониальной державой. Она грабит не только материальные, но и духовные богатства подвластных ей нерусских народов». Татарский писатель Айдар Халим, обратите внимание, он не скрывает своего имени, называет Россию зверем, которому следует вспороть брюхо и выпустить его зловонные внутренности. Подобным примерам «несть числа», но, к счастью, это не является мнением большинства.
На земле нет народов, которые бы не гордились своим имперским прошлым и настоящим. Есть в империи черты завораживающие. Наверное, это характерно в первую очередь для России и народов, в ней живущих. Не случайно выдающийся русский историк и политолог Иван Ильин писал: «Россия велика, многолюдна и многоплеменна, многоверна и многопространственна. В ней текут многие воды и струятся разные ручьи. Она никогда не была единосоставным, простым народным массивом и не будет им. И она была и будет ИМПЕРИЕЙ, единством во множестве, государством пространственной и бытовой дифференциации и, в то же время, – органического и духовного единения. Она и впредь будет строиться не страхом, а любовью, не классовым произволом, а правом и справедливостью, не тоталитарностью, а свободой».
И вот тут встаёт проблема имперского народа. Имперский тип этноса складывается исторически, на протяжении веков. Подобные черты отмечали у русских, украинцев, татар. Большинство же народов представлялось ведомыми. Николай Данилевский писал, что они составляют фон исторического развития. Распространялся этот тезис и на мордву, которая принадлежит к числу автохтонных жителей центра России. Осмелюсь не согласиться с мыслителем XIX века и привести ряд соображений по этому поводу, которые можно рассматривать как выводы уже изложенного материала и одновременно как тезисы к осмыслению последующего.
Вторая половина XVI – XVII столетий характеризуется экономическим освоением земель и включением мордовского края в политическую и социальную структуру русской сословно-представительной монархии. В это время идёт имперское «поглощение» земель путём создания унифицированных структур (административно-территориальное деление, специализированная институциональная организация различных уровней управления и суда и т.п.), интенсивной земледельческой и промышленной колонизации, экономической и социокультурной модернизации. В результате мордовский край оказался полностью интегрированным в территориальную структуру будущего имперского центра, и к нему стала применяться такая же политика, как и к другим провинциям метрополии. Поэтому в строгом смысле слова отношение центра к мордве нельзя назвать имперским.
Сравнительно безболезненный процесс включения мордвы в состав Российского государства и хронологически сравнительно ранний определили участие этноса в генезисе империи как таковой, отсутствие резкого противостояния между этническим и общегосударственным самосознанием. Первоначально строительство империи было тождественно процессу поглощения окраинных земель и их колонизации, в которые мордовские крестьяне включились в силу целого ряда причин (аграрное перенаселение, бегство от устанавливающихся феодальных порядков, русской помещичьей колонизации, христианизации и т.п.). Однако, несмотря на их преимущественно субъективный характер, объективно мордовские переселенцы совместно с русскими способствовали складыванию имперской системы и поглощению окраинных земель. Они активно участвовали в жизни российского «фронтира», внося свой вклад в конструктивные аспекты российской колонизации (рождение новой социальной идентичности, этнических отношений, новых ландшафтов, регионального хозяйства и материальной культуры).
Во второй половине XVII – первой половине XVIII столетий мордва заселила Пензенско-Саратовский край. А затем она продвинулась и в более южные края.
Миграции привели к образованию этнически смешанных структур расселения мордвы как на этнической территории, так и вне её. Мордовские селения часто располагались по соседству с русскими, а в некоторых местах с татарскими, чувашскими, башкирскими. Нередко они имели смешанное население. Так, мордва Самарской губернии в 1860-е годы проживала в 278 селениях, из которых 144 считались чисто мордовскими, 108 имели мордовско-русское население, а оставшиеся 26 были заселены наряду с мордвой татарами, башкирами, русскими, чувашами в различной пропорции. В Казанской губернии в конце XIX века на территории трёх уездов (Спасский, Тетюшский, Чистопольский) мордва проживала в 23 деревнях, только 9 из них были чисто мордовскими.
Дисперсность и этнически смешанный характер расселения мордвы позволяет характеризовать её как российский народ с геополитической точки зрения. Тем более что в Сибири, на Дальнем Востоке, особенно в Средней Азии и Казахстане, мордовские переселенцы воспринимались местным населением как выходцы из центра России, как этнически русские, как проводники политики центральных властей, что порождало соответствующую обратную реакцию в виде элементов имперского сознания.
Мордовский народ постепенно и без большого ущерба адаптировался к первоначально непривычным социально-экономическим и политико-идеологическим реалиям, создавая для себя условия более или менее комфортного существования в рамках империи. Свидетельством комфортности и весьма благоприятных условий существования может выступать быстрый численный рост мордовского этноса в имперский период, можно говорить о демографическом «взрыве».
В начале XVIII века (1719 год) в империи проживало 107,4 тысячи человек мордвы, что составляло 0,7 процента от общего числа проживающих в стране. А уже в 1914 – 1917 годы цифра достигла 1187,9 тысячи человек. Иными словами, за два столетия существования в рамках империи численность мордовского этноса увеличилась в одиннадцать раз. Среднегодовой прирост на протяжении всего XIX века не уступал русским и другим народам империи.
Благоприятные условия существования и быстрый численный рост позволили окончательно оформиться этнической структуре мордовского этноса, которая определяется профессором Николаем Мокшиным как бинарная, то есть двойственная, включающая в себя два субэтноса – мокшу и эрзю. Каждый субэтнос, считая себя мордвой, в то же время обладал присущими только ему самосознанием и самоназванием (субэтнонимом). Констатация деления мордвы на субэтносы утвердилась в российской научной и общественной практике еще в XVIII веке. Уже Пётр Рычков писал в 1762 году: «...Мордва именует себя Мокши... Некоторые же из них есть, кои называются Эрзя и в языке с мокшами несколько имеют разности». Следом на это указали руководители экспедиции Российской АН 1768 – 1774 годов Иван Лепёхин и Пётр Симон Паллас. Но, в конце концов, важен не факт, а то, что они отразили ещё одну важнейшую тенденцию – тенденцию субэтносов к развёртыванию.
Как нам представляется, мордву стоит характеризовать как пульсирующий этнос. Дело в том, что на протяжении истории внешние и внутренние условия существования мордвы неоднократно менялись, и это приводило к тому, что временами субэтносы (мокша и эрзя) начинали развиваться относительно самостоятельно. Они получали толчок к разворачиванию своих внутренних сил и ресурсов, и возникала тенденция перерастания субэтносов в этносы, вполне самобытные, хотя и родственные. Временами же, наоборот, субэтносы оказывались в условиях, требующих объединения усилий, сплочения перед лицом опасности. В этом случае проявлялась тенденция свертывания субэтносов и их консолидации в единый этнос – мордву. Внутренние устремления и амбиции приносились в жертву общим интересам. Таким образом сложилась ситуация пульсирующей этнической системы, которая то раскрывается, то свёртывается. В имперский период тенденция разворачивания субэтносов, по всей видимости, преобладала, о чём свидетельствовало и расселение мордвы, и её численный рост.
Мордовский этнос был втянут в орбиту Российского государства в период, когда религия являлась одним из основополагающих национально-государственных критериев, а христианизация – государственной политикой. Центральная власть создала чёткую законодательную основу деятельности православной церкви и положения других верований. Российское законодательство предусматривало признание первенства и господства православия. Вместе с тем признавался принцип свободы вероисповедания для представителей иных конфессий, в том числе язычников. Законодательством были определены порядок присоединения к господствующей церкви, система льгот для новокрещёных, меры пресечения «отпадения» от православия. Принципами присоединения иноверцев официально были признаны «увещевания», «кротость», «добрые примеры», а не насилие. Обязанности по привлечению к православной церкви в основном лежали на приходских священниках, которые «в особо нужных случаях» должны были «входить в соглашение с гражданским начальством».
Принятие мордвой православия явилось своеобразным идеологическим обоснованием и реализацией её существования в составе Российского государства. При посредстве религии мордва окончательно вошла в систему, стягивающую этносы в рамках единого пространственно-временного континуума, степень её комфортности существенно повысилась. Кроме того, этнос приобщился к великой традиции, которая отобрала среди всего многообразия ценностей самые приоритетные.
Существование мордовского этноса в рамках Российской империи сопровождалось ассимиляционными процессами, начавшимися ещё в XVIII веке. Эти процессы подкреплялись имперской политикой русификации, ставившей своей целью, по официальным заявлениям, интеграцию мордвы в российское сообщество и превращение в полнокровных российских граждан. Министр народного просвещения граф Д.А. Толстой указывал: «Конечной целью образования всех инородцев, живущих в пределах нашего отечества, бесспорно, должно быть обрусение». Аналогичную позицию занимал и Николай Ильминский, который писал: «Мы берём русского человека в идеал и этот идеал стараемся усвоить инородцам. Русский идеал есть по преимуществу – православие: вот почему на православии-то мы так и настаиваем. Православие – основной, коренной, самый капитальный элемент русской народности. Коль скоро инородец усвоил себе православие сознательно и убеждённо, умом и сердцем, – он уже обрусел». Однако арсенал средств, которым правительство пользовалось при проведении политики русификации, практически сводился только к школе. Он был ограничен из-за общей отсталости страны, неэффективности административной системы и запаздывания модернизационных процессов.
Таким образом, оформилось своеобразное переплетение естественных демографических процессов ассимиляции и имперской политики христианизации и русификации. Однако надо иметь в виду и то, что при этом действовали и иные факторы. Например, в своём взаимодействии мордва и русские никогда не были один на один. Помимо русской культуры воздействовала татарская культура, в ряде случаев выступавшая конкурентом и альтернативным образцом для подражания. Это привело к возникновению особой этнографической группы мордовского этноса – каратаев. Первым об их существовании сообщил Иван Лепёхин, передавший один из разговоров с мордовскими крестьянами: «Они ещё сказывали нам о... роде мордвы, которых каратаями называют и которых только три деревни в Казанском уезде находится». Исследования XIX века показали, что каратаи сформировались в результате существенного татарского влияния, фактической аккультурации.
Но, кажется, настало время подвести итоги, тем более что сухой стиль изложения уже изрядно утомил заинтересованного читателя.

Эти строки Николая Заболоцкого точно передают ситуацию, хотя и написаны совсем по другому поводу и в другом контексте. Мордва изменилась вместе с миром, вместе с Империей. Мордва превратилась в народ имперский.

[править] Интересные факты

Из Мордовии происходит 118 Героев Советского Союза.
Чтобы представить участие мордвы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 гг. , достаточно знать следующее. Из Мордовии ушло на фронт 372 000 человек, при общем количестве жителей 978 000. Погибло 175 000.
[править] Смотрите также

Славяне

yournif — Tue, 22 Apr 2014 18:37:17 GMT

Предки наши, славяне, в незапамятную еще старину пришли из Азии в Европу. Сначала поселились они по нижнему течению Дуная и заняли земли к северу от него до Карпатских гор. На Дунае жить было привольно: климат здесь теплый, земли плодородные, растительность богатая. Не ушли бы славяне отсюда по своей воле, да стали их теснить другие народы. Пришлось славянскому племени раздробиться и двинуться в другие земли.
Одна часть их все-таки осталась на Дунае. От этих славян ведут начало сербы и болгары.
Другая часть славян пошла дальше на север. От них произошли чехи, моравы, словаки и поляки. А те славяне, которые поселились по реке Эльбе да по берегу Балтийского моря, со временем затерялись среди сильных немецких племен, слились с ними в один народ — онемечились.
Третья часть славян пошла на северо-восток, расселилась по Днепру и его притокам да по Ильменю и Волхову. Эти славяне и были нашими предками, от них ведет начало русский народ.

Славяне, что расселились на полях по среднему течению Днепра, назывались полянами. Земля здесь давала богатые урожаи, могла прокормить много народу. Люди селились большими группами и стали заниматься земледелием. Был у них город Киев.

Те, что расселились в лесах по реке Припяти — древляне, — жили разбросано, небольшими поселками, промышляли больше охотой. Был у них город Искоростень.
Между Припятью и Двиной жили дреговичи. На Двине — полочане, от имени речки Полоты, впадающей в Двину.
Часть славян называлась северянами. Они жили к северо-востоку от полян, по Десне. Были у них города Любеч и Чернигов.
Кривичи жили к северу от полян по верховьям Днепра и Западной Двины. Стояли в Кривской земле города Изборск и Смоленск.
Радимичи и вятичи жили к востоку от кривичей. Занимались они и земледелием, и охотою, и рыболовством.
Вблизи озера Ильмень жили славяне ильменские, у них город — Новгород.
Восточные славяне в древности
II-I тыс. до н.э обособление славян из индоевропейской общности Нач. I тыс. н.э первые письменные свидетельства: греческие, римские (Плиний Старший, Тацит, Птолемей Клавдий) арабские, византийские источники.
Прародина: от р. Одер до Карпатских гор Середина I тыс. н.э. завершение процесса расселения по Европе III в. готский племенной союз (германцы - готты, с севера или с востока). III-VI вв. н.э. Великое переселение народов. Заселение Центральной, Восточной, Юго-Восточной Европы. VI в. выделение отдельных ветвей славянства.
Славяне это венеды и анты
Присоединение славянских племен.
V в. до н.э. - I-II вв. н.э. -скифы и сарматы
IV-V в. - гунны
VI в. - авары (обры)
VII в. - волжские болгары
VIII в. - хазары. IV в первые сведения о политической истории. VI в источники о походах на Византию VI-IX вв. н.э становление классового общества у восточных славян IX в образование древнерусского государства
Внешний вид славянского поселения

Cелиться славяне любили по берегам рек и озер, на высоких местах — чтобы водой не залило во время весенних разливов. Тысячу лет тому назад не умели славяне строить хороших домов. Они сплетали себе жилища из ветвей, покрывали соломой — лишь бы укрыться от дождя да непогоды, — жили и в землянках.
Вот что писал Ибн-Даста : "Холод в их стране бывает до того силен, что каждый из них выкапывает себе в земле род погреба, к которому приделывает деревянную остроконечную крышу, <.....> и на крышу накладывает земли. <....> Взяв несколько дров и камней, зажигают огонь и раскаляют камни на огне докрасна. Когда же раскалятся камни до высшей степени, наливают их водой, отчего распространяется пар, нагревающий жилье до того, что снимают уже одежду. В таком жилье остаются до весны"

Ненастье и стужа заставили уже в древности предков наших задуматься о том, как бы получше устроить себе кров. Стали они свои плетеные шалаши обмазывать глиной. Там, где было вдоволь леса, научились делать стены из плотно сложенных бревен и строить избы.
Печей и дымовых труб совсем не умели делать в древности, а устраивали среди жилищ очаги, где и разводили огонь, а дым уходил в отверстие в крыше или в стене. Скамьи, столы и вся домашняя утварь делались из дерева.

Ненастье да мороз заставили наших предков, пришедших с юга, подумать и о теплой одежде. Где нужда, тут и помога: леса полны были пушным зверем. Надо только изловчиться, а добыть мех можно было. Не угнаться человеку за быстрым зверьком - за лисицей или зайцем, не одолеть ему силача медведя.

Да хитер человек, смышленее он зверя, — придумал тугой лук да острые стрелы. Быстрая стрела догонит и зайца в поле, и птицу в небе. Силен лесной богатырь медведь, а и с ним может управиться человек, коли в руках у него рогатина или копье да тяжелый топор, или секира, про запас.

Плохим было оружие наших предков двенадцать веков тому назад, но были все-таки у них и стрелы, и копья с железными наконечниками. А в глубокой древности, когда не знали еще ничего про железо, острия копий и стрел делали из кремней и рыбьих костей. Умели предки наши капканами да западнями ловить зверей.

Из звериных шкур делали одежду для студеных зим. На ноги обыкновенно надевали лапти, позже научились делать и кожаную обувь. А летом, когда было тепло, мужчины носили только рубахи да штаны. Если приходилось им в жаркую пору сражаться, то снимали и рубаху, бились полунагие. Вместо рубахи часто накидывали на плечи кусок грубой ткани вроде плаща. Женская одежда — более длинные рубахи и такие же плащи, как у мужчин.

Занятия славян

Земледелие. Из хлебных растений возделывались просо и гречиха. Выращивались лен, конопля. Южные земли (плодородные почвы, древние скифские земледельческие традиции, связи с государствами Северного Причерноморья) - обгоняют северные земли в развитии. Север: подсечно-огневое земледелие
1 год: деревья вырубаются
2 год: деревья сжигаются, а зола используется как удобрение
3 год: засев и сбор урожая
Затем - новый участок, т.к. земля истощается.
Основные орудия труда: топор, мотыга, соха, борона-суковатка, заступ, цепы, каменные зернотерки, ручные жернова
Юг: вид земледелия - перелог
Много плодородных земель. Засевали участок в течение 2-3 лет, затем выбирали новый участок.
Основные орудия труда: соха, рало, деревянный плуг с железным лемехом и иные орудия для горизонтальной вспашки.
Скотоводство.
Свиньи, коровы, мелкий рогатый скот. Рабочий скот волы и лошади.

Развито рыболовство, охота, бортничество (сбор меда диких пчел), особенно на севере.

Предки наши питались самой грубой, иной раз даже и сырой пищей: мясом животных, рыбой, молоком.

Каковы же были славяне, наши далекие предки?
По описаниям древних историков, они были бодрыми, сильными, неутомимыми. Презирая непогоду, свойственную северному климату, они сносили голод и всякую нужду. Славяне удивляли греков своей неутомимостью и быстротой. Они мало пеклись о своей наружности, считая, что главной красотой мужчин является крепость тела, сила в руках и легкость в движениях. Греки хвалили славян за стройность, высокий рост и мужественное приятное лицо. Это описание славян и антов оставили нам византийские писатели-историки Прокопий Кесарийский и Маврикий, знавшие их еще в VI веке.

Византийские авторы не упоминают ни об одном из славянских полководцев, хотя наши предки громили легионы и крушили Римскую империю с востока. Славяне сражались не стеной, не сомкнутыми рядами, а рассеянными толпами и всегда пешими. Чрезвычайная храбрость славян была известна всем. И не случайно, что в сражениях за другие страны и народы славян ставили всегда впереди основного войска. Древнее славянское оружие состояло из мечей, дротиков, стрел, пропитанных ядом, и больших, тяжелых щитов.

Византийские сочинения VI в. оставили свидетельства о жестокости славян, но эта жестокость была в духе того времени, так как к пленным славянам более цивилизованные тогда народы ( римляне, греки и др. ) тоже относились варварски. Но славяне, воинственные духом, всегда оставались добродушными. Они не знали ни лукавства, ни злости, хранили древнюю простоту нравов, неизвестную грекам того времени. С пленными славяне обходились дружелюбно, всегда назначали им срок наказания, отпускали их на волю за определенный выкуп или жили с ними "в свободе и братстве". Столь же единогласно древние авторы свидетельствуют о гостеприимстве славян.

Целомудрие не только славянских жен, но и мужей считалось нормой жизни. Славянки ходили иногда на войну с отцами и супругами, не боясь смерти. Так, при осаде Константинополя в 626 г. греки между убитыми нашли много славянских женщин.

Мать, воспитывая детей, готовила их быть воинами и непримиримыми врагами обидчиков, ибо славяне, подобно другим языческим народам, стыдились забывать обиду. В случае убийства не только сам преступник, но и весь его род беспрестанно ожидал своей гибели от детей убитого, которые требовали крови за кровь.

Говоря о полянах, Нестор пишет об их кротости, стыдливости жен, образованности. О древлянах же он говорит уже не так лестно, это и понятно: Нестор сам был выходцем из племен полян. Он пишет, что древляне имели дикие обычаи, что они не знали браков, основанных на взаимном согласии родителей и супругов.

Венеды ( славяне ), как повествует древнеримский историк Тацит, едва закрывали свою наготу. Еще в VI в. славяне сражались без кафтанов, некоторые даже без рубах, в одних портах. Шкуры лесных и домашних зверей согревали их в холодное время. Женщины носили длинное платье, украшения из бисера и металла, добытых на войне или выменянных у иностранных купцов.

Славяне имели некоторое понятие об искусстве. Он вырезали на дереве изображения человека, птиц, зверей, раскрашивали их. Известна любовь славян к музыке ( музыкальные инструменты - гусли, волынки, гудки, дудки ). Народными играми и потехами славян были борьба, кулачный бой, бег взапуски.

Еще не зная грамоты, славяне имели некоторые сведения об арифметике, хронологии. Домоводство, война, торговля приучили их к многосложному счислению. Наблюдая времена года, они, подобно римлянам, делили его на 12 месяцев: просинец ( январь ) - от синевы неба; сечень ( февраль ); сухий ( март ); березол ( апрель ) - от березовой золы; травный ( май ); изок ( июнь ) - от какого-то древнего названия птички; червен ( июль ) - не от красных ли плодов и ягод?; зарев ( август ) - от зари или от зарницы; рюен, или ревун ( сентябрь ) - от рева зверей; листопад ( октябрь ); груден ( ноябрь ) - от груд снега или мерзлой грязи; студеный ( декабрь ).

Сначала у славян, как сообщает Н.М. Карамзин, правление было народным, затем превратилось в "аристократическое". Первыми правителями были военные вожди. Затем власть перешла к боярам, князьям, панам, жупанам, королям ( кралям ). Византийские летописи в 764 г. упоминают о боярах, вельможах - главных болгарских чиновниках. Слово "князь", очевидно, родилось от слова "конь", а возможно, и от "каган" ( восточное слово ) или от немецкого "кёниг".

Но древние бояре, воеводы, князья, паны, жупаны и даже славянские короли зависели от воли соплеменников. Эти почетные звания - древние славянские. Еще в договоре с греками в 911 г. Олег упоминает о великих русских боярах, да и само слово "князь", данное нашими предками Рюрику, думается, не могло быть новым и означало знаменитый, воинский или гражданский сан.

Язык славян греки в VI в. находили весьма грубым. Древнейшим памятником письменности является Библия, переведенная на славянский язык Кириллом и Мефодием в IX в. Но уже в Библии имеется много заимствованных у греков слов и выражений.

Язык восточных славян - предков русских, украинцев и белорусов - долгое время ( до XIII в. ) был единым. Но под влиянием внешних и внутренних факторов он видоизменился. Уже в древнерусском языке имелись десятки тысяч слов, но к древнему, общеславянскому языку восходит не более двух тысяч. Новые слова либо образовались из общеславянских, либо являлись переосмыслением старых, либо были заимствованы.

Предки наши до конца Х века были язычниками: истинной веры христианской не знали, а поклонялись обожествленным силам природы и душам усопших.

Они чтили как главное божество бога-громовержца Перуна. Славяне представляли его высоким, плечистым, черноволосым и черноглазым человеком с золотой бородой. В правой руке у него лук, в левой — колчан со стрелами. Он мчится по небу в колеснице и пускает огненные стрелы.

Почитали также бога ветра именем Стрибог. Божество солнца называли Дажбогом, покровителя стад, «скотьего бога», — Велесом. Все эти боги считались детьми одного божества — бога неба Сварога, и потому их всех называли иногда сварожичами. Верили в других богов: в лесу, по древнему верованию наших предков, жил лесной бог — леший, в воде — водяной бог, в руслах рек — русалки. Особенно же чтили домашнего бога.

Люди в глубокой древности, как дети, совсем еще не понимали, что творится в природе: всюду чудились им могучие существа, благие и злые. Благодетельным существом считали они солнце, которое своим светом прогоняло ночную тьму, теплом согревало землю, вело, как живое существо, постоянную борьбу с холодом и тьмою.

Черные тучи представлялись им страшными чудовищами, драконами, громадными птицами — врагами солнца. Страшно становилось людям, когда темная грозовая туча надвигалась на небо. Ползет это неведомое темное существо по небу, все ближе и ближе подбирается к солнцу и вдруг хватает его. Вместо ясного солнечного света мгла над землею. Смутно на душе у людей. Вдруг — удар грома, грохот раскатывается по всему небу, огненные стрелы пронизывают тучу. То идет страшная борьба: бог-громовержец разит чудовище-тучу своими молниями-стрелами. Из тучи льется дождь: это живая вода, которую таило чудовище; но заставил его Перун пролить ее на землю. Жадно пьет земля живую воду и входит в еще большую силу. Туча разбита стрелами бога-громовержца. Сильный ветер гонит своим могучим дыханием остатки ее с неба. Снова голубое небо приветливо обнимает землю, снова над ней сияет красное солнышко. Радуются люди, приносят они благодарность и небесному воителю Перуну, и могучему ветру.

Но не всегда эти боги благодетельны для человека. Иногда солнце так жжет землю, что она трескается от зноя, травы выгорают на полях, хлеба — на нивах. Ветер порой задует с такой яростью, что выворачивает из земли вековые деревья, разметывает жилища людей. Но страшнее всех — громовержец: раздаются над землей его страшные удары, разит он землю ужасными огненными стрелами. Вековой дуб разлетается мелкой щепой от этих ударов. Не щадят порой эти стрелы и человека. Велика милость богов, но ужасны боги в гневе своем. В страхе падает на землю несчастный человек, умоляет грозных богов о пощаде, готов принести им жертву, показать полную свою покорность.

Языческих храмов у предков наших не было, а молились они своим богам в лесной глуши, у озер и рек, на возвышенных местах. Делали идолов, то есть изображения своих богов в виде людей, обыкновенно из дерева. Приносили им в жертву разных животных, молились.

Особенных жрецов у восточных славян не было, обряды совершали старцы, старшины родов.

Было у славян верование в будущую загробную жизнь. Покойников своих они закапывали в землю, а иногда сжигали. С покойным зарывали в могилу или клали с ним на костер пожитки его, утварь, а также оружие и боевого коня, если покойник был воин. Предки наши верили, что умершие снова воскреснут и тогда им понадобится все то, что окружало их в жизни. После погребения на могилах совершали пиры — тризны.

Верили славяне и в предзнаменования. Думали, что боги разными приметами дают людям возможность узнать будущее. Отсюда ведет начало обычай гадать. Те люди, которые умели объяснять знамения и гадать, назывались волхвами, кудесниками, ведунами и ведьмами. По верованиям славян, заклинаниями и волхованиями те могли отвратить беду или накликать ее.

"Повесть временных лет" перечисляет народы, которые платили Руси дань: чудь, меря, весь, мурома, черемисы, мордва, пермь, печора, ямь ( емь ), литва, зимигола, корсь, нарома, либь ( ливы ).

Часть перечисленных племен не была так связана с Русью ( литва, корель, зимигола, либь, ямь ), как другие ассимилированные славянами ( меря, мурома, весь ). Некоторые из них впоследствии создали свою государственность( литва ) или стояли накануне ее создания ( чудь ) и сложились в народности литовскую и эстонскую. Поэтому в основном остановимся на тех соседях славян, которые были наиболее тесно связаны с Русью.

Племена балтийских народов с самой глубокой древности заселяли Понеманье, Верхнее Поднепровье, Поочье, Верхнее Поволжье и большую часть течения Западной Двины. На востоке балты доходили до нынешних Московской, Тверской и Калужской областей, где они в глубокой древности обитали чересполосно с финно-уграми, аборигенами края. Расселение славян по землям балтоязычных племен обусловило славянизацию последних, которая завершилась в период образования Древнерусского государства.
На крайнем северо-западе соседями славян, по летописи, была чудь. Чудью в Древней Руси называли прибалтийские финно-угорские племена. К ним относятся волховская чудь ( выходцы из различных племен, привлеченные великим водным путем "из варяг в греки" ), водь, ижора, весь ( кроме белоозерской ), айсты ( эсты ). Во времена Нестора айстами называли балтов. Лишь с течением времени это наименование перешло на финно-угров в Эстонии. Во второй половине I тысячелетия н. э. восточные славяне пришли в соприкосновение с эстонскими племенами.
Восточнее эстов, на южном побережье Финского залива, жила водь ( ваккья, ваддя ). Существенное значение в истории населения Восточной Европы сыграла весь. Это племя, заселив межозерье Нево ( Ладоги ), Онеги и Белоозера, вышло на Северную Двину.
Трудно проследить историю карел ( корел ) в период, предшествующий образованию Древнерусского государства, и на начальных этапах его истории. "Повесть временных лет" не говорит о карелах. Они обитали в это время на побережье Финского залива ( у Выборга ) и озера Неро. Основная масса карельского населения концентрировалась в северо-западном Приладожье. В XI в. часть карел вышла к Неве. Это и была ижора, инкери ( отсюда Ингрия, Ингерманландия ). В состав карелов вошла часть веси и волховской чуди.
Карелы не упоминаются среди данников Руси, видимо, потому, что Карелия никогда не была волостью Новгорода, а была лишь его составной частью ( как водь и ижора ), его государственной территорией. И как таковая она, подобно Обонежью, была поделена на части.
Меря, по словам летописцев, располагались в Верхнем Поволжье: "на Ростовском озере меря, и на Клещине озере меря же". Но, по более поздним источникам, народы меря заселяли также ярославские и костромские земли, низовья рек Шексина и Молога. Как и меря, полностью обрусели мещеры и мурома - обитатели приокских земель.
Обрусение мери, муромы, мещеры, веси являлось следствием не завоевания, а мирного и постепенного расселения славян на восток, многовекового соседства, взаимного обогащения культуры и языка, причем в результате этого процесса распространялись русский язык и русская культура.
Влияние восточных славян испытывала на себе и мордва, особенно эрзя. Видимо, от мордовского племенного названия эрзя произошло название Ердзянь, русская Рязань.
В Поднепровье, на территории Днепровского Левобережья и в Посемье славяне ассимилировали древнее ираноязычное население. Это были аланы - "ясы" русских летописей, потомки сарматов. Несомненно влияние славян на более позднее кочевое и полуоседлое население степей и лесостепной полосы. В 30-е гг. IX в. в степях появляются кочевники венгры ( мадьяры ). Выходцы из прикамья, ближайшие родичи югров ( хантов и манси ), венгры долгое время соседствовали с восточными славянами. Печенеги, торки и берендеи обосновались в Поросье, под влиянием русских переходя к оседлости.
К Руси, несомненно, тяготели так называемые половецкие города: Балин, Чешуев, Сугров и Шарукань. В связи с тем, что эти города населяли в основном христиане, то понятна их духовная близость к русскому народу. Славянское влияние распространялось на Тамань, Северный Кавказ, где кабардинцы усвоили русскую письменность. На самом юго-западе Руси, в междуречье Днепра и Прута, восточные славяне смешивались с романизированными потомками древнего гетодакийского населения края. Это были далекие предки влахов.

К славянам ильменским примыкали со всех сторон племена финские: чудь, меря, весь. К полянам, северянам, вятичам прилегало в те времена на юг и восток царство Хазарское. Хазары — народ племени турецкого. Царя хазарского величали каган. Был он веры иудейской, и многие хазары держались верования иудейского, однако не теснили и другие вероисповедания. Жило в земле хазарской множество магометан, или мусульман, — последователей вероучения араба Магомета, жили и язычники, и христиане. Как-то раз магометане разрушили церковь христианскую. И строго наказал их за это каган. В землю хазарскую приходили проповедники учения Христова: каган сам не крестился, но никому не запрещал этого делать. Властитель всегда содержал двенадцать тысяч воинов. Умрет, бывало, воин,— на место его сейчас берут другого.

Каган держался очень гордо, недоступно. Беседовать с ним могли только наместник его и очень немногие — самые знатные сановники. Даже они входили к властителю с благоговением, не иначе — как босиком. Народу каган показывался только раз в четыре месяца, верхом. За ним на почтительном, большом отдалении шло войско. Народ падал ниц и поднимал голову, только когда он проедет. Остальное время властитель проводил во дворце со множеством жен своих. При такой жизни он, конечно, править царством не мог. Настоящим повелителем был наместник, который обыкновенно начальствовал и над войском.

Войско хазарское не смело и думать о бегстве перед неприятелем. Любой воин — даже военачальники и наместник — за бегство с поля битвы подвергался обычно казни, и казни жестокой: виновного рассекали надвое и вешали рассеченного на кресте или на дереве. Жен, детей, имущество, оружие казненного раздавали людям. Впрочем, иногда каган и миловал — определял виновного к себе в конюхи.

Кагану полагалось править не более сорока лет. Через сорок лет правления кагана убивали, « дабы он не мог ослабеть умом и духом». Но как бы ни умер повелитель, для похорон его строили гробницу — дворец в двадцать покоев. В каждом покое рыли по могиле и засыпали дно ее камнями и негашеной известью. Под дом проводили речной проток. Схоронив кагана в одной из могил, всем бывшим при погребении отсекали головы, дабы никто не мог узнать — где похоронен владыка. А известь и вода делали свое дело — следов захоронения не оставалось. Никто не смел проехать мимо такой гробницы верхом. Он должен был сойти с коня, поклониться гробнице и далее идти пешком, пока гробница не скроется с глаз его.

В народных песнях о бывалом — былинах — вспоминается, как богатырям русским приходилось отстаивать землю свою от Жидовина. В этом Жидовине, конечно, вспоминается народ хазарский с его каганом иудейской веры. Как о нем не вспоминать: нередко тревожил он русскую землю!

Песня изображает Жидовина страшным великаном. Ископыть — яма, выбитая копытом коня его, — с полпечи.

Проезжал Жидовин заставу богатырскую, что стояла перед Киевом. На заставе атаманом поставлен был славный богатырь Илья Муромец, крестьянский сын. Проезжал Жидовин, насмехался над богатырями. Этого ему простить нельзя. Выбирают богатыри, кому ехать сразиться с Жидовином. Выбрали Ваську Долгополого, из приказного рода. Говорит Илья Муромец:

Не ладно, ребятушки, положили.
У Васьки полы долгие,
По земле ходит Васька, заплетается.
На бою на драке заплетется,
Погибнет Васька по-напрасному.
Выбрали Гришку, сына боярского. Опять не одобряет Илья:
Не ладно, ребятушки, удумали.
Гришка роду боярского.
Боярские роды — хвастливые
На бою-драке призахвастается,
Погибнет Гришка по-напрасному.
Думают — пошлем Алешу Поповича! А Илья свое:
Алешенька роду поповского;
Увидит Алеша на нахвальщике
Много золота-серебра, —
Злату Алеша позавидует,
Погибнет Алеша по-напрасному.

Наконец падает выбор на Добрыню Никитича. Добрыня — роду княжеского. Выехал в поле, посмотрел в трубочку серебряную. Вызвал Жидовина на бой.

Б росился на него Жидовин..
Мать сыра земля всколебалася,
Из озер вода выливалася,
А конь под Добрынею на колена пал!

Взмолился Добрыня Богородице и убежал. Пришлось выезжать самому Илье, -

Некем ему заменитися!

Выехал в поле Илья, вместо трубки посмотрел в свой молодецкий кулак, вызвал Жидовина на бой. Долго борются противники, один другого одолеть не могут. Вдруг у Ильи «левая ноженька ускользнулася». Он упал, Жидовин — на него! Хочет пороть ему белую грудь. Вспоминает Илья:

Написано было у святых отцов,
Удумано у апостолов:
Не бывать Илье в чистом поле убитому.
И — втрое у него силы прибыло!

Придала Илье силы уверенность, что ему не положено умереть в бою. Пособрался он, понатужился, вскинул Жидовина на воздух, ударил оземь, потом отрубил ему голову, вздел ее на копье свое булатное. Едет к заставе. Встречают атамана богатыри. Сбросил он голову с копья, приговаривает:

Ездил я в поле тридцать лет,
Экого чуда не наезживал!

Соседние миролюбивые славянские племена полян, северян, вятичей, радимичей хазары обложили данью. Летопись рассказывает, будто северяне, вятичи, радимичи платили по беличьей шкурке с дыма (с дома), поляне же — по мечу с дыма.

Когда впервые привезли эти мечи от полян в землю хазарскую, они мудрецам хазарским не понравились

Быть нам самим данниками полян, — предсказали они. — Заострены их мечи с двух сторон, а наши — только с одной стороны!

Сельское хозяйство и промыслы

yournif — Sun, 20 Apr 2014 12:20:39 GMT

Современные исследователи единодушны в том, что за средневековых времен раз село было формирующим центром феодализма обусловлено его ролью в становлении и развитии тогдашних общественных отношений Это касается как древнерусского феодального государства в целом, так и периода раннефеодальной монархии Труд крестьянства - основной слои средневекового людей - обеспечивала получение львиной доли доп ового продукта Как отмечал по этому поводу Ф Бродель, даже в XV-XVIII вв мир представлял собой все еще большую крестьянскую страну, где около 80-90 процентов людей жили плодами земли, И только ими Основой сельскохозяйственного производства были земледелие и животноводствоництво.

Господствующей отраслью, по мнению В И Довженко и других исследователей, на Руси было земледелие В это время происходят революционные изменения в развитии техники землеобробитку: переход от рыхления почвы до йог го подрезания, перемещения и вращения слоя, для чего были необходимы новые орудия труда В последней четверти I тыс н е основным орудием обработки земли оставалось соха с вузьколезим или широколезим н аральникамы Для южных земель расселения восточных славян, по классификации Ю О Краснова, характерными были одноручные прямогрядильни рала со стойкой между грядилем и наральники (первый тыл - наиболее универсальный), а также прямогрядильни, но наральники, вставленным в грядиль снизу, с прямым (тип 3) или изогнутым наральники (тип 2); прямогрядильни рала с наральники, что сочетался с грядилем с помощью двух стоек (тип 4) Все указанные типы отличались по сфере применения на различных почвах Рало как один из видов земледельческой техники оставалось в пользовании в течение всего средне ческого периода (рис 10оду (рис. 10).

Однако использование черноземных почв лесостепной (а в более поздние времена - и степной) полосы, выход на водоразделы, введение в культурный оборот значительных земельных участков были невозможными при условиях существования ли ише старой системы земледелия с разрыхлительно техникой - она ??выступала уже сдерживающим фактором роста продуктивности земледелия Назрела необходимость внедрения плужной пахоты, при которой я г почвы не разрыхляется и остается на месте, как раньше, а отрезается в вертикальной плоскости череслом и подрезается горизонтально лемехом, поднимается ним, сдвигается в сторону, а потому частично или И полностью переворачивается с помощью отвала Положительные возможности плуга позволяли вводить в пахотный фонд новые земли - покрытые травой с перепутанными корнями тяжелых черноземов По археологическим даны мы, орала и чересла - рабочие части плуга - известны уже в XI с ст.

Эволюция формальных признаков лемеха, имеющего непосредственное отношение к изменениям техники обработки земли, прослеживается по находкам самих орудий: от симметричных лемехов, которые вместе с череслом забезпечуют во глубокую вспашку с подрезанием и перемещением слоя, переходных типов лемехов с определенными признаками асимметрии к асимметричным, способных на полное переворачивание почвы Кроме развития признаков асимметрии, ф иксуеться размеров и веса лемеха и чересла, что давало возможность обрабатывать тяжелые фунта (рис 111).

Вместо стандартной для рала парной упряжи, пицц время вспашки плугом применялись две или и больше пар волов или лошадей (в зависимости от состояния грунтов)

Кроме упряжных орудий, в полеводстве применялись и вспомогательные, ручные - мотыги и лопаты Они на некоторых участках выполняли роль основных (в частности огородничестве и садоводстве) Мотыги были двух типе ов - втульчасти с загнутыми бортиками и с горизонтальным ушком Защити также двух типов - железные и, чаще, деревянные с железным оковкатям.

Сбор урожая, как и при предыдущих времен, осуществлялось серпами Они были двух типов, приспособлены к наиболее эффективному сбору пшеницы, ржи и других культур

Рис 10 Древнерусское рало

Рис 11 Средневековый плуг

Дальнейшая обработка зерна осуществлялась согласно биологических свойств злаков подсушка в сушилках и жаровнях, а также в ригах Зерно хранили в специальных ямах или хранилищах, где часть помещений ния отгораживали досками для ссыпание зерна Во многих усадьбах с этой целью использовались кладовые, устроены в жилых домах, деревянная или керамическая тарара.

Для зоны Украинского Полесья характерной оставалась подсечная система землепользования, которая делала увеличение площади пашни благодаря обжига лесных участков и подпитки почвы органическим удобрение ом - пепельные.

Накопление археологических материалов открыло новые возможности для изучения животноводства: обнаружены остатки помещений для содержания животных, орудия труда, предметы бытового обихода, которые использовали ися в животноводстве, а также кости, остатки продуктов в погребах, хозяйственных ямах, жилье и культурной слой.

По данным археологических и палеонтологических исследований отраслей животноводства, преобладало разведение крупного рогатого скота (35-37 процентов общего количества стада) Она принадлежала к породе больших декабря рубокистних животных (коровы, быки, волы) Второе место принадлежало свиноводству Третье-четвертое места разделяли коневодство и разведение мелкого рогатого скота Выращивали также различные породы домашней птицтиці.

Среди выявленных орудий труда, которые использовались в животноводстве преобладают косы, форма которых была приспособлена к ботанического состава трав Так, при откоса лесных участков использовали косу-го орбушу с коротким острием Для работы на открытых участках, на ниве, применяли другой тип косы - с узким, длинным клинком, с длинным косовищем, что способствовало пайцийршому прокос Кроме того, косы ведре снялись между собой и хронологически: сравнительно небольшие использовались в X-XI вв, а большие по размерам - позднееніше.

качестве вспомогательных орудия известны грабли и вилы Среди прочего инвентаря, применялся в животноводстве, зафиксированы гвозди для подковки лошадей, сами подковы, путы с замками, подковы для тяговых тварь воды - быков, звонки-колотушки (подвешивали на шею корове, чтобы найти ее, если заблудился в лесу или кустарника), упругие ножницы для стрижки овець.

Деятельность сельского (как и городского) ремесленника также была в определенной мере связана с развитием животноводства, как источника разнообразного сырья для обработки кости, ткачества, изготовления одежды и обуви я из кожи животных, выделки меха и другими видами обработки продуктов скотоводческих.

Наряду с сельскохозяйственным производством существовали также различные промыслы, прежде всего - переработка зерна на крупы и муку Наиболее архаичным способом было обдирки и частичное грубое разбиение злаки ей с помощью ступ Для размола зерна на мелкую крупу и качественнее муку использовались ротационные жернова Изготавливались также растительное масло, животное масло (о чем свидетельствуют находки деталей сп ециального прессу, мутовок и маслобоек), сыр Специальной обработке для длительного хранения подвергались мясо и рыба Как и в прошлом, значительную роль играло собирательствоицтво.

Среди исследуемых материалов зафиксированы остатки смолокурением, излечит ки дегтя, изготовление древесного угля

Охота обеспечивало сельское, а порой и городское население значительной долей мяса, кожей и мехом диких животных Сравнительно небольшое количество охотничьего оружия на исследованных памятниках обусловлена я использованием других, более эффективных способов охоты, без использования оружия или таких, где она играла второстепенную ролль.

Рыболовство представлено находками орудий ловли (крючки, блесны, гарпуны, ости, грузила для сетей) и остеологические материалам Бортничество представлено лишь единичными находками специализированных н ножей-медоризок.

Сельскохозяйственное производство и промыслы развивались на площадях открытых поселений - поселков, расположенных большей частью на берегах водоемов, а иногда на водоразделах Они занимали надпойменные террасы, мысы, дюны и повышения в поймах рек Площадь таких участков была разной - от-0 ,2-0, 6 до 8-10 га (иногда и больше), но в среднем 2-3 га Типичной для них считается рядовой застройка, если коджалы топографические условия местности (рис 12 12).

В начале II тыс. н е появляются археологические свидетельства о появлении крестьянских дворов Следует отметить, что формирование усадеб в селе началось несколько позже, чем в городе Вокруг них возводились деревянные ограждения, что свидетельствовало о развитии частной собственности В это же время фиксируется также появление серий навесных замков Индивидуальный двор-усадьба полно отвечал потребностям индивидуального хозяйства Киевской Русої Русі.

Исследована одна из таких усадеб в поселке Автуничи - на севере Черниговской области Она функционировала (т.е. перестраивалась и развивалась) в течение четырех этапов, с конца X - начала XI в до взлома XII-XIII вв В ее состав входили жилищно-мастерская гончара, а также сопутствующие вспомогательные сооружения Выявленные гончарные горны и небольшие глиняные карьеры, а неподалеку жилья - снопосушильни и смолокурню Обиходно-хозяйственные объекты размещались между жилыми и производственнымиичими.

Рис 12 поселков в урочище Ревутове на Каневщине

(реконструкция В О Петрашенко и В К Козюба)

Одно из лучше исследованных поселков древнерусского времени - Комаровское - расположен вблизи Переяслава-Хмельницкого В разные годы на раскопанной площади в 3,5 га здесь зафиксировано около 30 жилищ конца X - - начале XIII вв Площадь поселения - 8-10 га Одновременно на нем могло находиться 15-20 жилых комплексов (площадь одной усадьбы составляла 0,2 га) Жилища основном с немного углубленными котлованов а бо (поздние) наземные, на подклете Расположенные рядами, на расстоянии 20-25 м друг от друга, они составляли единый жилищно-хозяйственный комплекс, в который входили жилые постройки, хозяйственные постройки и ямы Вещественные находки представлены сельскохозяйственным и ремесленным инвентарем, а также предметами универсального назначения (наральники, серпы, жернова, рыболовные орудия, ножи, топоры, ножницы долота, сверла и т. др.), украшениями и, больше всего, керамическими изделиями или их фрагментамгментами.

Имеющиеся археологические материалы свидетельствуют достаточно высокий уровень развития сельскохозяйственного производства во времена Киевской Руси, а также значительное влияние сельского люда на создание потенциальных возм ливости всего древнерусского общества Изучение последнее время памятников этой археологической категории дало основание сделать важный вывод: в IX-XIII вв между городом и деревней во многих сферах жизни существовали паритетные отношенияни.